Клубочек
Стихи Проза Фото Живопись Музыка Конкурсы Кафедра Золотые строки Публикации авторов Форум
О сайте
Контакты Очевидец Клубочек в лицах Поэтический словарь Вопросы и ответы Книга месяца Слава Царствия Твоего
Главная - Стихи - Галина Булатова - БИБЛИОЛИТ. Антология любимой поэзии. Вып. 89
Галина Булатова

БИБЛИОЛИТ. Антология любимой поэзии. Вып. 89

Антология любимой поэзии
Начало здесь: http://www.clubochek.ru/vers.php?id=57156

    Подобно тому, как каменные листы библиолитов (от греч. biblion – книга, и lithos – камень) сохраняют отпечатки тысячелетий: древние записи и рисунки; как хранят тайны бумажные библиолиты, спрессованные временем в единое неразрывное целое, антология «Библиолит» вберёт в себя всё самое ценное и запомнившееся из прочитанного автором-составителем. То, что когда-нибудь может стать книгой, которую захочется взять с собой на необитаемый остров или оставить в наследство детям, внукам, правнукам...
    
     Алфавитный указатель авторов 1 – 10 выпусков:
     http://www.clubochek.ru/vers.php?id=57520
    
     Алфавитный указатель авторов 11 – 30 выпусков:
     http://www.clubochek.ru/vers.php?id=58638
    
     Алфавитный указатель авторов 31 – 45 выпусков:
     http://www.clubochek.ru/vers.php?id=60280
    
     Алфавитный указатель авторов 46 – 75 выпусков:
     http://www.clubochek.ru/vers.php?id=61853





Юрий Иванович Воротнин (род. 21 января 1956)

* * *

Не упрекай овраг – он был когда-то руслом
Кормилицы-реки, и вспомни, словно сон,
Другую жизнь свою в столетье захолустном.
Вздохнёшь, и связь времён качнётся в унисон.

И поплывёт вода, играя берегами,
И рыба задрожит звездою на уде,
И Тот, кто жизнь твою от зла оберегает,
Откроется тебе идущим по воде.

Запомни лик Его, но не старайся следом,
Вернись в родной овраг, полынь да пересол,
И верь – придёт вода с дождём и талым снегом,
И возвратится Тот, Кто по воде ушёл.

* * *

В эту грозную ночь ветер щёлкал кнутом,
Тьма вязала концы и начала.
И спросил я у Тьмы: «Что же будет потом?»
«Белый Свет будет», – Тьма отвечала.

Дотерпел я, дождался, забрезжил рассвет,
Зацепился за землю лучами.
И спросил я, тревожась: «А что же вослед?»
«Будет Тьма», – Белый Свет отвечал мне.

И, упорствуя, каждый стоял на своём
И одно выговаривал имя,
И верёвкой вилась, и горела огнём
Жизнь моя, как граница меж ними.

* * *

Жизнь свою сомненьем отягчаю,
Как скребусь в закрытые врата,
И обряд от веры отличаю,
Как нательный крестик от креста.

За своих чужих не принимаю,
Душу синим пламенем палю,
Так смотрю, что всё запоминаю,
И боюсь, что вдруг заговорю.

* * *

Второстепенные поэты...
Народом песни не запеты,
Народом песни не запеты
И не прочитаны стихи.
И даже если было слово,
В нём зёрен нет – одна полова,
В нём зёрен нет – одна полова,
Да два кармана шелухи.

Второстепенные поэты...
Не им зелёные кареты,
Не им зелёные кареты
И серебристые такси.
Всю жизнь в прокуренном вагоне
Дышать в озябшие ладони,
Дышать в озябшие ладони
Тоской по матушке Руси.

Второстепенные поэты...
Не завещания, – заветы,
Не завещания, – заветы,
Как всё откроется потом!
В тот край, где ходят все под Богом,
Им будет скатертью дорога,
Им будет скатертью дорога
И память вечная – крестом!

Андрей Владимирович Кротков (род. 31 марта 1956)

* * *

За строем новинок – потрёпанный том:
Поздно лакать боржом.
Я вышел в свет в пятьдесят шестом
Мизерным тиражом.

Средь зимних сугробов и летних трав
Листал себя напролёт.
И вот дошёл до последних глав,
За коими – переплёт.

Забавная книга – как много в ней
Саженей, вершков, аршин.
Мы сами не помним начала дней,
Но знаем, как завершим.

Считают стрелки за часом час.
Шуршит страницами век.
За полкою полка растёт запас
Безмолвных библиотек.

Набитый текстами бренный мир
Шалит по лесам, как тать,
И, сам себя зачитав до дыр,
Не хочет больше читать.

Оттепель

Безмолвный снег. В себя утоплен
Сугроб, раскисший невпромес,
И плотно серый холст прикноплен
К пустым подрамникам небес.
Уплачены габель и талья,
И, сам себя приговоря,
Невнятным эхом предфевралья
Бубнит остаток января.
Набычась тяжко и недобро,
Зима не хочет падать ниц,
И бесы отступают в рёбра
Из исстонавшихся ключиц.
Но зря зиме мы пишем в минус
Убытки от её щедрот;
Сперва забрав своё навынос,
Она сторицей долг вернёт.
Ей тошно повторять длинноты
Наперекор и впереруб;
Роняет наледь капли-ноты,
Звуча, как строй органных труб.
И, втуне предаваясь буйствам,
Бросая в бреши холода,
Своим последним богохульством
Зима неистово горда.
Оглохший регент перед хором,
Лишаясь в оттепель ума,
Она унылым мародёром
Обшаривает закрома;
Силком затянутая птица,
Биясь, висит на волоске,
И запань вешняя дымится
В её простреленном виске.

2013

Татьяна Александровна Литвинова (род. 23 мая 1956)

* * *

Как белоснежных нимф толпа –
Пуанты, оперенья, пачки.
Какой небесный Петипа
Их вынул из своей заначки?
Чей звёздный ультрафиолет
Извлёк из звёздных колыбелей
И неразгаданных Одетт,
И неразлюбленных Жизелей?
Кто выпустил сих странных птиц,
Кто белые зажёг софиты,
Чтобы с руками танцовщиц
И наши были перевиты?
В безгласном хоре Терпсихор
Тобою сказанное слово
Уносится сквозь коридор
Сияния бестеневого.
Провинциальное турне
Метельного слепого танца,
И руки движутся во сне
В печальной графике Cен-Санса...

Жемчужина

Соблазном жизни незаслуженным
Над солью моря разлита
Неприкасаемой жемчужины
Мерцающая нагота.
И страстным небом перевёрнутым
С морского выгнутого дна
Идёт, жемчужным зовом поднята,
Неукротимая волна –
Так, как мольба идёт к заутрене,
Так, как слеза падёт с ресниц, –
Чтоб всею влагой перламутровой
С жемчужным отзывом срастись.
И стать её последней тайною,
Последний отклик заслужив
Неприкасаемым касанием
Над миром твёрдым и чужим.

* * *

О господи, благослови
Любовь, пока ещё живую,
Где губы тёплые твои
Я как в последний раз целую.
Их створчатый барочный рай,
Их трещинки и их изгибы,
О господи, не отбирай –
Они вовек неповторимы.
О господи, благослови
Сквозь ноту вечную разлуки
Ещё вплетённые в мои
Недоцелованные руки.
В них все отмычки и ключи,
И вдаль судьбы моей продлённость....
О господи, переучи
Неразделённость в разделённость.
О господи, благослови
Моё последнее мученье,
Последний лик моей любви,
Его жасминное свеченье.
Я неумелый поводырь,
Но там, где прежде было пусто,
Любви развёрнутый псалтырь
Закормит мир горстями грусти.
О господи, благослови
Последнюю свечу и спичку,
Прекрасный лик моей любви,
Его презренное величье.
Ещё вся музыка звучит,
И флейт ещё не отобрали,
Ещё вся музыка горчит
Жемчужиной на дне печали.
Я слышу этот благовест,
Он наши небеса листает....
Любви моей нательный крест
В смертельный крест перерастает.
И с мёртвым ликом судии
Придёт палач, любви наследник...
О господи, благослови
Мой крест прижизненный последний.
Последний крест, последний лик,
Судьбы последнее приятье...
О господи, не умали
Моё последнее объятье...

* * *

Биенье двух дыханий
Смешай в один узор,
Бог легкокрылых фаун
И тонконогих флор.
Бог золотистых стеблей,
Начни игру свою –
Мы вечные растенья
У бездны на краю,
Светил периферия
И лепестковый рой,
И поцелуекрыло
Мы дышим над землёй,
Где оправданьем мира
Стремятся на ловца
Сердца кустов жасмина
И ангелов сердца.

Никита Юрьевич Брагин (род. 11 июня 1956)

Эмаль

Лазоревая сущность изразца
таится до поры в корнях полыни,
терпя и зной, и серебристый иней,
и сталь подков, и ручейки свинца.

Пройдёт по ней заблудшая овца,
промчатся табуны, закат остынет,
сомкнется ночь, не будет и в помине
ни золота, ни крови, ни творца.

Зажги огонь, и в раскалённом горне
проснётся небо, потечёт в золе,
как струйка бирюзы на камне чёрном.

И станет соль, рождённая в земле,
дорогой ветра в синеве просторной
и облаком в распахнутом крыле.

Евгений Константинович Иваницкий (род. 30 июля 1956)

Попытка оглянуться

Колеблется пламя, дрожит, угасая,
Свеча затухает… Займётся ль другая?
И что же запомнилось, что же осталось?
Был шарик воздушный, надежда и жалость,
Мишень паутины и тонкие струны
Над пентаграммами пыльных петуний,
Июнь первых ягод и дачного чая,
Июнь, что сломался, как ветка сухая…
Шатается память, ведь ей не по силам
Обратный отсчёт, возвращенье к могилам,
Тот запах лекарств и молчанье кукушек,
Кардиограмма еловых верхушек.
Слоняется память в толкучке больницы,
Она не забыла угрюмые лица.
Не тешься надеждой, не жалуйся другу:
Несчастье – кругами, несчастье – по кругу…
Так дайте мне время! Забуду о яме.
Трава эту глину скрепляет корнями,
Скрепляет – не может. Стою в чистом поле
С душою озябшей, а глина глаголет…
Но были не только несчастья, больница.
Я видел другие, счастливые лица,
Улыбку мальчишки на площади скучной,
Взлетающий в небо шарик воздушный.
Был в храме гудящем огонь нисходящий,
Огонь нисходящий над жизнью пропащей.
Дыхание Бога, дыханье любимой,
Движение жизни неизъяснимой…

Марина Олеговна Саввиных (Наумова) (род. 9 декабря 1956)

* * *

В блаженном ужасе дрожа,
(Какая странная расплата!),
Вчера ничтожная, душа
Сегодня музыкой распята!

Меж двух зияющих пустот,
Как тать, взыскуемая строго,
Она и на кресте поёт
И норовит увидеть – Бога!

«Помилуй, Боже... Укрепи!
Я лишь в невежестве виновна...»
Как милосердно и любовно
Он ей ответствует: «Терпи!»

Геннадий Анатольевич Акимов (род. 17 декабря 1956)

Имя. Романс с червоточинкой

Я имя позабыл и место не запомнил,
там хрупкая трава, тарковская вода,
и кашель, и романс притих, недоисполнен,
подсолнухи, перрон, глухая слобода.

Электропоезд пьян, страна слегка устала,
раздумья тяготят, коль совесть нечиста,
в вагончик с двух сторон внедряются каталы,
а дальше лязг колёс и рельсы вдоль моста,

а дальше ни страны, ни денег. Поезд прибыл.
На ужин – протокол и вялая ботва.
Проматывая вдрызг неправедную прибыль,
гуляет по ларькам отвязная братва.

В какую из эпох случилось это лето,
кто ставил в паспорт штамп, куда пропал билет?
Козырный туз побил и выбросил валета,
в уплату отобрав цветущих двадцать лет.

И нужно ль протирать слезящиеся линзы
/там резкий свет в глаза, там окрик, будто плеть/,
чтоб вспомнить имя той, проигранной, отчизны,
где не было дано ни жить, ни умереть?

Подземные короли

На поверхность выходят подземные короли
через мглистую трещину в чреве земли,
остывающий воздух утаптывают сапогами,
королевства их – чёрный лед и камень.

Так кончается последняя мировая война,
трещина поглощает, дымясь, технику и пехоту,
все несметные полчища достигают земного дна
и становятся кремнием, грязную сделав работу.

В безвоздушном календаре дни не имеют числа,
ледяные часы лишены кровеносных стрелок.
Наступает и наш черёд. Никого любовь не спасла.
Всё равно – поцелуй меня напоследок.

Юрий Вахтангович Беридзе (наст. фамилия Гладкевич; род. 31 декабря 1956)

Прими, Господь

Из пламени да копоти –
в мир светлой тишины...
Теперь, выходит, Господи,
Ты вместо старшины?
Тогда прими по описи:
«калаш», бронежилет,
рожок в кровавой окиси –
пустой, патронов нет.
А гильзы-колокольчики
усеяли поля.
Сперва патроны кончились,
а вслед за ними – я.
Пиши, Господь: солдатское
исподнее бельё,
душа моя арбатская
и тело – без неё.

Виталий Олегович Кальпиди (род. 18 мая 1957)

* * *

Мушиный танец звёзд, на всё, на всё похожий.
Безумная шумит сухих небес трава.
И духа серебро во мне покрыто кожей
несеребра.

На отмели времён, прижавшись к человеку,
вселенная молчит, не кратная семи,
а кратная его отчаянному бегу
вдоль смерти искони.

Мы всё ещё бежим в продолговатом дыме
дыханья своего по мякоти земной
и падаем в неё такими молодыми,
что просто – божемой.

Нас облегает снег, нас обретают воды,
чужая память нас волочит по земле,
мы падаем в костры невидимой свободы
и ползаем в золе.

Нас настигает жизнь, когда мы умираем,
и взглядом, и рукой мы раздвигаем смерть
и смотрим на себя, и безупречно таем,
и продолжаем петь.

И рушится трава, и птицы исчезают,
и дети голосят, и рушится трава,
и духа серебро торжественно пылает
в тисках несеребра.

* * *

Допустим, ты только что умер в прихожей,
и пыль от падения тела границ
луча, что проник из-за шторы, не может
достичь, но достигнет. Красиво, без птиц,

за окнами воздух стоит удивлённый,
захваченный взглядом твоим, что назад
вернуться к тебе, отражённым от клёна
в окне, не успеет, и всё-таки сжат

им воздух, но это недолго продлится:
твоё кареглазое зренье дрожать
без тонкой почти золотой роговицы
сумеет четыре мгновения – ждать

осталось немного. Большая природа
глядит на добычу свою. Говорю:
не медли у входа, не медли у входа,
не бойся – ты будешь сегодня в раю.

И всем, кто остался, оттуда помочь ты
сумеешь, допустим, не голосом, не
рукой, и не знаком, и даже не почтой,
которая ночью приходит во сне,

но чем-нибудь сможешь – я знаю наверно...
Ты всё-таки умер. И тайна твоя
молчит над землёю, да так откровенно,
что жить начинает от страха земля:

и звёзды шумят, как небесные травы,
и вброд переходят своё молоко
кормящие матери слева – направо,
и детям за ними плывётся легко.

* * *

Он не ревнует, а тебя влечёт
в любое плаванье накопленная влага:
о хрупкая китайская бумага,
о муравьиный мёд.

Мужчина – это женщина, когда
она перестаёт любить мужчину –
ты расшифруешь эту чертовщину,
пока течёт недлинная вода?

Он женщина, он ощущает грудь
и раздвигает медленные ноги,
ты в тот момент нагнулась на пороге
на босоножке пряжку застегнуть.

Вы то, что превращается в себя:
безумие делить на половины
движение уже невинной глины
в хрустящем полотне огня.

Ты плаваешь в мужчине, он плывёт
в тебе одной, и, зарываясь в воду,
вы всё до капли возвратите роду,
пока он вас из двух сосудов пьёт.

Мужчина существует только там,
где женщина научена мужчиной
не быть одно мгновение, – причины
иные нынче нам не по зубам.

Я говорю: ты отплываешь плыть,
а он за локоть укусил разлуку,
вам вброд не перейти такую муку,
которой, может быть, не может быть.

Попробуй сделать осень из седых
волос, тобою найденных в комоде,
во-первых: это нравится природе,
и вы умрёте – это во–вторых…

Останется не зрение, а слух
и подземельной музыки круженье,
когда с земли исчезнет отраженье,
что было вам дано одно на двух.

О, воробья смешное молоко,
о, сахарин на крыльях махаона,
о, ваша тень, когда во время оно
вы в кислороде плавились легко.

Всё наново начнется через сто
осыпанных ресниц большого неба,
и вы, начало будущего хлеба,
с нуля произнесёте фразу: «О,

оставь меня, безгубая Лилит,
возьми обратно пенис и вагину
и отпусти меня в слепую глину,
где я живу, а глина сладко спит».


Вып. 90: http://www.clubochek.ru/vers.php?id=62477

    

Тематика: Не относится к перечисленному


© Copyright: Ведущая раздела Клубочек в лицах Член Совета магистров Галина Булатова Отправить личное сообщение , 2018

предыдущее  следующее


Напишите свой комментарий.
Тема:
Текст*:
Логин* Пароль*

* - это поле не оставляйте пустым


Главная - Стихи - Галина Булатова - БИБЛИОЛИТ. Антология любимой поэзии. Вып. 89

Rambler's Top100
Copyright © 2003-2015
clubochek.ru