Клубочек
Стихи Проза Фото Живопись Музыка Конкурсы Кафедра Золотые строки Публикации авторов Форум
О сайте
Контакты Очевидец Клубочек в лицах Поэтический словарь Вопросы и ответы Книга месяца Слава Царствия Твоего
Главная - Стихи - Виталий Жаров - Дон Кихот на покое
Виталий Жаров

Дон Кихот на покое

Полухину Виктору
I

Темень не столь молодёжи рада,
сколько старым, которым уже вряд ли надо.
Я сижу взаперти, провернувши ключ
в дверях, выходящих наружу, несколько
раз, представитель всеядных. Между
нами снежный барьер. Чтобы встретиться, прежде
хорошо бы февраль переждать. Колюч
мороз, и пытаться пока что без толку...

II

Вновь из кирпичных моих имений
не без вида на улиц распутье, в сомнений
час тревожу тебя я, твой редкий гость.
И мысли натянуты на извилины
мозга, как нить паутины липкой.
Или рот, что растянут широкой улыбкой.
Или мышцы руки, лучевую кость
прикрывшие. К слову, не мышцы взмылены

нынче мои, а рассудок. То-то!
В общем, пишет тебе некто дона Кихота
вроде, что не на верном уже коне,
а просто на стуле, без роду-племени.
Спрятав себя среди стен от ветра
за окном, в полумраке сижу, эти недра
согревая собою, ища в окне
движенья. Короче - завис во времени.

Видишь ли, тянет побыть вне света,
одному, ухватиться мечтою за лето,
пребывая, меж тем, посреди зимы
рыдающей. Не обессудь, о возрасте
тянет сегодня излить всю душу.
Данной целью ведомый, покой твой нарушу.
Неспроста же я старости жду. Пойми,
дружище: всё дело в начальной скорости.

Словом, один из вчерашних пишет,
прямиком обращаясь в твой адрес, мальчишек,
разбазаривший юность свою, как то
уверенность в смысле существования
личности собственной в этом доме
отсыревшем, в котором ни особи, кроме
той, что пишет. Скорее никто, чем кто
тебя беспокоит, внедрившись в здание...

III

Здравствуй, дружище! Женат ты или
не спешишь? Отдавая скопившейся пыли
дань и рядом не с той находясь, мой друг,
которая, сбегавши с тряпкой по воду,
ей не дала бы прилечь хотя бы
на мгновение, пыль не тревожу я, дабы
всё же помнить, что где-то, за рёвом вьюг
находится та, по чьему я поводу,

в частности, ямбом пишу наружу
изнутри этих стен, вне которых не нужен
никому из знакомых, замуровав
своё одичавшее эго, будучи
обществом в обществе. Тень от тела
норовит слиться с тенью от штор то и дело,
за которыми пялится, как удав
на кролика, в окна фонарь, к полуночи

хитро подмигивать звёздам, свыше
созерцающим, вдруг принимаясь... По крыше
дома кошка скользнула, держа трубой
котов будоражащий хвост. Не жалости
ради, но дружбы взывать осталось
мне, чья молодость преображается в старость,
так сказать. Потолкуем же, друг, с тобой
о том, что нас ждёт в этой самой старости.

Не помышляю о сне, поскольку
все успеем, увы, в свой черёд, стукнет только
шестьдесят или трижды по семь. Как знать!
Страшат не причины, но их последствия
тень от меня, среди пары бюстов
заскучавшую (речь не о женских, допустим,
а о гипсовых, двум мертвецам подстать) -
меня, что на волос от сумасшествия.

Жизнь будто космос. Чем дальше, друг мой,
тем страшнее. Тем запах становится трупный
очевидней. В тяжёлой тени гардин
какого сравнения только в голову
вдруг не придёт! Но и это смысла
не, заметь, лишено. Моя память зависла
на несбывшемся некогда. Будто джинн
в бутылке, сижу взаперти. По голому

торсу гуляют мурашки, пледом
тёплым грезя, которому холод неведом.
Только вряд ли согреет мне душу плед,
лежащий в секунде пути от пьяного
тела, забытого кем-то свыше,
нам невидимым - тела, сверлящего крыши
мутным взглядом. Четвёртый десяток лет
мне светит, дружище. Прожить бы заново!..

IV

Ан не получится. Дней похмелья
накопив, как без лоцмана шлюп, сел на мель я.
Посмотреть бы тебе на меня, старик,
шатенок своих, равно все их прелести
в долю послав теменную мозга,
где, поди, залежалась без дела расчёска!
Что увидишь ты? Борозды - сеть улик
на лбу, наводящих на мысль о зрелости.

Это и будет, боюсь, весомым
аргументом. Однажды становится домом
телу бренному ящик, в котором речь
отнюдь неуместна. Надежд крушением
данное пахнет сужденье. Ибо
каждый плод либо в съеденных числится, либо
загнивает. Резона свой зад беречь
особого нет. Принимай решение...

V

Тихо-то как! Как в гробу, пожалуй.
Или, скажем, в раю, коли верить скрижалей
информации. В общем, сменив семь кож,
взирая на тень от себя, простёртую
навзничь, кукую на хлипком стуле
в окружении дум, что быстрее той пули,
от которой М.Лермонтов стал негож,
с простреленной падая ниц аортою.

Так и сижу средь углов, которых
по четыре обычно в прокуренных норах,
данной аналогичных. Боюсь, что мне,
к её попривыкшему затхлой сырости,
ставшей роднее, чем мать родная,
боль утраты которой до самого дна я
исчерпал в свой черёд, позабыв о сне,
разлуки меня кое с кем не вынести.

Память, дружище, отнюдь не сила.
Если роется память твоя в том, что было, -
жди подвоха от прошлого. Мне оно
препятствует планами жить помпезными,
кореш. Не это ль причина боли,
обуявшей рассудка две равные доли
в рамках черепа?.. Полночь. Февраль. Окно,
повисшее между двумя подъездами...

VI

Тупо не спится и явь ни к чёрту.
Голова моя нынче сродни натюрморту.
И фигура, замечу, не та уже.
Что скверно, всё это, увы, не временно.
Знать бы заранее, пил бы сразу
за троих. Я пишу, запрещая течь глазу.
И не кошки скребут на моей душе,
а страх: та, с которой не я, беременна.

Видишь ли, суть отношений - тренье
(это кажется верным с любой точки зренья)
друг о друга. Да что там! Мы оба - бред
душевнобольного в застенках клиники
психиатрической, с моргом рядом
за компанию вставшей. И если не адом,
то чистилищем следует, полным бед
сей мир называть. Мы же, чай, не киники!

Став в этом городе homo hidden*,
постороннему взгляду я только и виден
аккурат по субботам, когда ношусь
из края в конец по родному городу,
светом от солнышка грея темя
и всё то, что под ним. Остальное же время
склонен тратить на то, что не дую в ус,
чего и не скажешь уже про бороду...

VII

Жизнь продолжается. Всё в порядке
полном. Мог бы чирикнуть «Спасибо!» зарядке,
да не делаю вдохов я, тяжкий вздох
беря за основу. Мы - сущность бремени
жизни. Прости, что твой сон тревожу
или утро твоё, осветившее кожу
спящей рядом прелестницы. Что ж, я плох,
дружище. Иначе - завис во времени.

Коротко ли, кто ответит, долго
до отсутствия мне средь живых? Вот и чёлка,
поредев основательно, в серебро
ушла с головой. Так что переносица
ею оставлена днесь в покое
не без помощи ножниц под всхлипы гобоя
из шедевра Вивальди. Короче, про
бег времени я говорю. Проносятся

годы мои. Обложили, черти!
Жизнь и впрямь есть движение… В сторону смерти,
я добавил бы. Смерть - это те края,
где кончатся жизни былой превратности.
Нервы мои, как курок, на взводе.
Каждый время от времени данной методе
уступает. Сегодня, к примеру, я.
Всё дело в теории вероятности.

Мне-то известен финал. Моллюска
дом, лишённый натянутых некогда мускул,
безучастно глотающий пыль молчком
утробой своею, ввиду отверстия,
дольше меня, горемыки, целым
постарается быть, за компанию с телом
не спеша разлагаться. Итак, о ком
услышим недобрые мы известия

в нравоучительном жанре басен?
Час пробьёт, самому я себе не опасен
больше стану, как роща, отговорив
и костью ржавея, подобно якорю.
Память стучит по мозгам, как дятел.
Если б знал ты, на что половину потратил
бытия своего я! Точь-в-точь Сизиф,
катящий валун свой постылый на гору.

Что я по сути своей такое,
старина, в данный миг? Дон Кихот на покое,
вне которого пару десятков дам
успел опростать, за инстинкты ратуя.
К слову, имён их уже не помнят
полушария мозга, а с ними и комнат -
мест событий. Спасибо за то годам
промчавшимся… Зябко. Застыл, как статуя…

VIII

Длинная стрелка на цифре девять.
Та, что мельче - на тройке почти. Что же делать
с подступающей старостью мне моей?
А дальше? Ползущие насекомые
в гроб? Возразил бы, мол, смерть ничтожна,
вновь родившись, но дважды войти невозможно,
если речь не о женщине, брат. Ей-ей!
Приходят на память черты знакомые

той, что оставила эти недра,
а теперь, свою плоть избавляя от фетра,
льна и прочей материи, нежность губ
кому-то другому, её обретшему,
дарит охотно. Быть может, даже
в это самое время. Скорбит о пропаже,
своим оком стеклянным зевая, куб,
точней - содержимое куба. К лешему

всё, кроме тьмы! В ней своя отрада
для того, кто нарочно отбился от стада
копошащихся в завтрашнем дне мозгов,
замкнувшись на ключ, не гнушаясь тесными
рамками комнаты сей, на стуле
одиноко трясясь. Все в округе уснули.
Только я, засидевшийся, был таков.
Качается между двумя подъездами

вместе со мною окно. Окошко,
коли издали, скажем, смотреть. Ну а кошка
без надежды на чью-то блуждает по
карнизу заснеженной крыши. Ежели
cranium** (или же то, вернее,
что содержит он в рамках себя, костенея)
упомянет о ней на рассвете, то
возьму на поруки. Всё лучше, нежели

шляться самой по себе глупышке.
Будем вместе скучать, назову её Мышкой
из любви к всевозможным контрастам. Так
и будем сидеть взаперти, молчанием
греясь впотьмах обоюдным друг о
друга, тихо внимая, как бесится вьюга
за окном (так и быть, за окошком), как
на рёв переходит её мычание...

IX

Темень-то! Будто в одном у негра
(да простят меня чёрные) месте. Ни ветра
(он снаружи, напомню) к тому же, ни
надежды в уставшем кумекать темени.
Я же врачую себя в который
раз на снежную улицу видом за шторой.
Так-то вот и живу, коротая дни.
По сути же, сам знаешь что - во времени…

Баста! К чему я пришёл в итоге?
Вроде целы покамест и руки, и ноги.
Голова норовит поседеть, на двух
болтаясь плечах - те не зря сутулятся.
Всё холодней одному. Всё чаще
взгляд, блуждая по комнате, в звёздные чащи
по ночам сквозь стекло, близорук и сух,
вперяется, точно фонарь - вдоль улицы,

в этой вселенной с гуртом галактик.
Что за ней, не отвечу. Хреновый, знать, практик
из меня. Передай же привет, уважь,
общительной кошке твоей с усищами.
Ей они, надо признаться, к морде.
Нет, на этом, не в такт развесёлом, аккорде,
не прощаюсь, но, дружбы не чужд, коллаж
рисую. Пока она длится, нищими

нам не бывать, я уверен в этом.
Как и в том, что увидимся мы. Хоть и летом,
но увидимся точно... В моём окне
светает. И тощий фонарь, уставивши,
будто циклоп, своё око в окна
крепко спящих в обнимку за ними, волокна
мышц расслабивших, напоминает мне,
субъекту, чья бренная жизнь, как клавиши

на фортепьяно с весьма хреновым
извлечением звуков, меня. Иным словом
он и я - истуканы. Отличье в том,
что, будучи одушевлённым, полностью
сливши себя в монолит со стулом,
наторевшим скрипеть подо мною, сутулым,
я избрал эту роль, окружён гуртом
пылинок, осознанно, скрытый полостью

здания. Взять бы тебя в соседи!
Что ни встреча, нетрезвые наши беседы
до зари бы гремели. Пока ты цел,
спешу тебе, друг, пожелать, напутствуя,
дольше как можно ходить по тверди.
Ибо лучшее, в сущности, средство от смерти,
уготованной нам среди прочих дел -
движение в знак своего присутствия...

X

Друг мой, прости за чудные речи.
Что, в надежде приблизить момент нашей встречи,
потревожил тебя я, твой редкий гость.
Мечтанья мои подвергая практике,
скоро увидимся, в пух стирая
расстояния все, в рамках данного края
беспощадных ветров и далёких звёзд,
мерцающих вне и внутри галактики.

Слово не мальчика и не мужа.
Слово друга даю, содрогаясь от стужи
за окошком, не в силах прервать свой путь
томительный загодя. Что ж, наверное,
время прощаться с тобой и с прошлым,
как и прежде, по-дружески будучи пошлым.
Не жалею об оном нисколько. Будь
здоров или просто. Но лучше - первое.


*Homo hidden (от лат.) – Человек скрытный
**Cranium (от лат.) - Черепная коробка

    

Форма: Вне категорий


Февраль 2008

© Copyright: Виталий Жаров Отправить личное сообщение , 2011

предыдущее  следующее


Напишите свой комментарий.
Тема:
Текст*:
Логин* Пароль*

* - это поле не оставляйте пустым

02.05.2011 10:19:25    Виталий Жаров Отправить личное сообщение    ...
...
Комментарий изменён: Виталий Жаров - 25 октября 2011 г. в 13:49:21
       

03.05.2011 20:29:39    Виталий Жаров Отправить личное сообщение    ...
...
Комментарий изменён: Виталий Жаров - 25 октября 2011 г. в 13:49:35
       

05.05.2011 20:32:06    Виталий Жаров Отправить личное сообщение    ...
...
Комментарий изменён: Виталий Жаров - 25 октября 2011 г. в 13:49:49
       

02.05.2011 11:31:35    Ведущая раздела Клубочек в лицах Член Совета магистров Галина Булатова Отправить личное сообщение    
Это поэтические исповеди...

Один вопросик, если позволите, Виталий. В третьей части смутило предложение, точнее его построение:

......................................Орган пола
бестолково низводит скрипучему полу
из в весьма подозрительный цвет досок
окрашенных.

     
 

02.05.2011 12:07:04    Виталий Жаров Отправить личное сообщение    ...
...
Комментарий изменён: Виталий Жаров - 25 октября 2011 г. в 13:50:12
       

02.05.2011 13:32:06    Ведущая раздела Клубочек в лицах Член Совета магистров Галина Булатова Отправить личное сообщение    
Смутило сочетание "низвести" с дательным падежом (кому? полу). Обычно низводят откуда-то куда-то. А орган пола - в смысле мужского пола? Усматривается двойной смысл. )
       

02.05.2011 20:16:46    Виталий Жаров Отправить личное сообщение    ...
...
Комментарий изменён: Виталий Жаров - 25 октября 2011 г. в 13:50:38
       

Главная - Стихи - Виталий Жаров - Дон Кихот на покое

Rambler's Top100
Copyright © 2003-2015
clubochek.ru