Клубочек
Стихи Проза Фото Живопись Музыка Конкурсы Кафедра Золотые строки Публикации авторов Форум
О сайте
Контакты Очевидец Клубочек в лицах Поэтический словарь Вопросы и ответы Книга месяца Слава Царствия Твоего
Главная - Стихи - Виталий Жаров - Одиссея крота, или Ода мёртвым поэтам
Виталий Жаров

Одиссея крота, или Ода мёртвым поэтам

I

Здесь не только вода серый камень точит,
но и червь древесину, в поту дни и ночи
землю роющий, дабы добраться до
заколоченной напрочь впотьмах начинки,
очертанья которой подобны синюшной личинке,
обращённой в ничто…

II

Полночь. Снежный январь за окном. Погода
оставляет желать. Я пишу, занят одой,
малой горстке из вас посвящённой вслед,
не сумевшей о твёрдых ногах в буквальном,
предпочтя в результате стагнации брошенным спальням
потеснее предмет.

Уповаю на речь, что всего уместней
будет в виде прямой. Это вовсе не песней,
а поэмой о том, что всем вам - кранты,
будет, пусть нелегко доказать, особо -
мертвецу, что он мёртв, ограниченный стенками гроба
или весом плиты…

III

Вы теперь далеко, в свой черёд и каждый
пораскинув мозгами. Вне вашей бумажной
компетенции. Впрочем, над тем, что в свой
треть из вас, посмеялся б, да только не с кем.
Не надеюсь на то, что сей довод покажется веским
вам, на вечный покой

угодившим туда, где не меньший хаос,
чем на тверди земной, воцарился. Осталось
лишь заметить, губами прильнув к вину:
обращаюсь ко всем, не беря эпохи,
рамок их во внимание, как бы вы ни были плохи
в настоящем. Черкну

для начала о том, как теперь, судите
сами, в мире дела. Приведём ряд событий.
Несмотря на попытки свести на нет,
нас всё больше. Свободных земель - всё меньше.
Между тем, человек, как и прежде, подобен простейшим
в недрах той из планет,

о которой уже говорилось. Это
горький факт, но касаемо скорости света
результаты плачевны. Пока о них
можно только мечтать, упражняя око
в расстояниях за полночь, вооружась телескопом
и взирая от сих.

Бытие дорожает. Заметим, впрочем,
то же самое делает смерть, многоточьем
обрываясь. Основа основ - контакт.
Войны есть, но они, между тем, словесны.
Дескать, по ветру пустим, да будет сие всем известно,
если что-то не так.

Обезьянки по-прежнему в моде. Хлопать
должно их с нами явному сходству. До тропа
не дошло, но похоже на то, что троп
недалече. Того и гляди, какая-
либо особь «Отелло», машинкой печатной играя,
явит миру, ведь проб

до черта. Что сказать о самой структуре
сей вселенной? Вселенная в миниатюре -
только клетка, в которой друг друга трёт
средоточье миров. Сколько их на самом
деле плавает в клетке? Что ж, как бы там ни было, вам им
не вести уже счёт…

IV

Вы теперь далеко. Отслуживши, тело
духом брошено, как бы оно ни хотело
отдалить сей момент, находясь внутри
занимаемых некогда ими комнат,
что лишь делают вид, будто вовсе хозяев не помнят.
В пропасть с пика горы

суждено всем упасть. А потом зрачками
глаз пленительных стать. Или, скажем, очками
этих глаз. Или стёклами тех очков,
водружённых на нос. Или стёкол частью,
погружённых в оправу очков. Или дужками, к счастью,
по бокам двух зрачков.

Ибо каждый умрёт, прочертив кривую
от утробы ко гробу, и тишь гробовую
вышеназванной полости в три вершка,
где покойник, отглажен и отутюжен
почивает, «Ну что у нас тут, - сотрясёт вдруг, - на ужин
заморить червячка?».

Увядание это когда охвачен
серебром твёрдый череп, отнюдь не иначе,
потому как нельзя избежать потерь.
Дальше - хуже. Редеть начинает роща
поседевших волос. Разлетаются волосы, проще
говоря. Им теперь

не до роста… В часах часовые стрелки
стервенеют. Подкорку грызёт образ белки,
колесо разгоняющей сдуру. Дай
стрелкам пару кругов, и все три сольются
непременно в одну, соскочив наконец-таки с блюдца
циферблата за край…

V

Вы теперь далеко. Хрен догонишь! Как там,
в мире серых теней? Не взыщите, но, к фактам
голым сызмальства бешеный интерес
всем своим существом, что пришло в упадок,
проявляя, чертовски охоч до отброшенных пяток
и, как следствие, месс.

Всё имеет предел. Это так же точно,
как и то, что строка завершается точкой
однозначной в финале себя, строки.
Или ближе к своей середине. Или
же к началу, смотря по тому, где поставить решили
мышцы правой руки

точку. Всё преходяще. Сие не ново.
Если верить теории взрыва большого,
даже космос постигнет судьба вещей.
О природе написано их вторым из
вашей братии славной, чья плоть горемычная скрылась
посреди овощей.

То ли несколько поздно, а то ли рано
стало Гамлетом то, что подобьем Жуана
быть всецело привыкло, вопросом вдруг
знаменитым начав истязать морщины
в голове, на изюм походящей, а также брюшины
стенки. Словом, досуг

коротая, и скучно уже, и в то же
время грустно, и некому руку. О боже!
Ведь развязку-то видела плоть иной.
Одиночество это когда, допустим,
искушать больше некого, к телу прильнув с голым бюстом,
освещённым луной.

Словом, пусть пережить удаётся многих,
как и многое, что из того? Ведь далёких
относительно звёзд и снующих тел,
не имеет значения, где, над толщей
находиться земли или в оной. Ведь первые дольше.
Дольше - звёздный удел.

Словом, флаг белый спущен и порван парус
без надежды его залатать. Словом, Фауст
уплатил Мефистофелю долг сполна.
Словом, гордый паломник вернулся в гавань,
из которой отчаливал некогда он. Словом, пламень
поглотила волна…

VI

Вы теперь далеко, не иначе. Между
тем, рискуя чертовски прослыть за невежду
несусветного, предположу что Вы
там, в нигде. Из кромешных, должно быть, место.
И в пределах его никогда не наступит фиеста
или утро. Увы,

даже в тот самый миг, когда два Ясона,
обнаружив себя среди звёзд Ориона
и в глазах изумленья отнюдь не скрыв,
«Ничего себе встреча двух греков древних! -
скажут. - Нешто вселенная наша - большая деревня,
претерпевшая взрыв?», -

ну так вот, даже в тот самый миг, о коем
говорилось чуть выше, расстаться с покоем
не удастся останкам, которым так
не сиделось когда-то на месте... Зябко.
Я ветшаю. Здесь точным сравнением стала бы тряпка
или выцветший стяг.

Зябко. То ли в ветшающем год от года
дело, то ли в погоде, вплетающей в оду
безнадёжность и холод могильный. Тишь
чрезвычайная. Только в часах настенных
стрелки заняты суммой слагаемых, от перемены
не зависящей лишь

их, слагаемых, мест. Это так же верно,
как сиянье в любой из религий инферно*;
как отсутствие куба, со всех шести
плоскостей идеального; как, простите,
то, что вы не вернётесь уже ни теперь (лишь в граните),
ни потом (во плоти).

Ибо поздно уже заводить собаку,
грея зад у камина, подмигивать мраку
за окном, полным звёзд, что не могут мир
целиком озарить. Ибо суть всё та же:
свет рассеется в том, что зовут темнотой (или даже
чернотой) чёрных дыр.

Ибо всё засыпает в итоге: мыши
в норах тёмных, антенны, коты, сами крыши,
на которых антенны с котами, все
пальцы ног, а с ногами и рук, все зубы
коренные, все платья, рубашки, потёртые шубы -
все во всей их красе.

Даже ты, тот, кто римскому другу письма
сочинял на досуге, язык эллинизма
возродив, близ Венеции крепко спишь.
Совершенный никто, ты теперь от шествий
ближе некуда, навык не быть вообще в совершенстве
унаследовав... Ишь,

как завёлся январь безутешный, снеги
декабря заметая своими! Онегин
потерял бы Татьяну в таких, ей-ей,
чем бы та ни являлась, напрасным даром
или даром случайным, отринутым сердцем усталым,
позабывшим о ней…

VII

Вы теперь далеко, без малейших шансов
на амнистию, на сочинение стансов,
что могли бы, пожалуй, пролить не свет,
но подобие сумерек. И едва ли
вы воскреснете, ибо хороший поэт (вы ведь знали
это) - мёртвый поэт.

И не надо гадать, в чьи покои ворон
залетит. Эта участь ждёт каждого. Вон он
восседает, отчётливо так стуча
по затылку Паллады в обличьи бюста
клювом, дабы узреть, что в груди древнегреческой пусто,
от плеча до плеча.

Ни в норвежском уже, ни уже в испанском
вы не будете впредь ананасы шампанским
запивать, утруждая похмельем плоть
наряду с вереницей гетер, наложниц,
жён, любовниц, подруг, как и вы, не ушедших от ножниц
грозной Атропос… Вплоть

до мурашек январь за окном морозит.
Вы теперь уж не встанете. «Метаморфозы
да и только!», - сказал бы один из вас.
А другой бы добавил с угрюмым видом:
«Не видать продолжения миру моей «Энеиды»,
ибо прежняя связь

между нами разорвана смертью...». То-то!
Смерть не сахар, и в ней аэробу работа
непременно отыщется, благо цель
оправдает все средства, не силясь больше,
как бывало нередко при жизни, взвыть «Занято!». Соль же
в том, что червь - та же дрель.

Но вернёмся к проблеме строки и точки,
пока две небольших (под двумя обе почки
разумеются) действуют сообща.
В вашем случае это не точка - это
многоточие... Утро. Моя же, стесняясь рассвета,
догорает свеча…

VIII

Ах, как вы далеко! И однако, в то же
время всё-таки близко - под рядом обложек
твёрдых, не утопивши себя в пыли,
но припудрившись ею всего лишь дружно.
Значит, лампа не гасла, и книг череда не бездушна.
Значит, фразой «Вдали

где-то…» не обойтись, норовя другими,
и она не по ваши, бывавшие в Риме
и Нью-Йорке, осевшем на том краю
полушарий планеты, где меньше суши,
чем воды, сочинения, в чьи-то вливавшие души
истин вечных струю.

Пусть и дальше вы, чем бы того хотелось
моему этой ночью не спящему телу с
распластавшейся тенью его внутри
данной комнаты в доме, что в плен захвачен
январём, и мою погубившим Татьяну (иначе
мать), - вы не вне игры…

IX

Что ж, бывайте! Хотя бы на тех страницах,
где, эпохи представив минувшие в лицах
и характерах самых различных, вы
отыграли с лихвою людских трагедий
кульминации. Каждый - свою. Как-никак вы соседи
нынче, ибо мертвы.

Возлюбя удовольствия, с превеликим
навестил бы вас тотчас, приветствуя криком
по возможности, да обрывать боюсь,
не пожив основательно, нить событий,
предначертанных мне кем-то свыше, держащим все нити
(что не дует и в ус).

А назреет вопрос (что навряд ли), кто же
пишет оду, сползая со стула на ложе,
дабы снова в подушку вонзить свой плач
полупьяного тела навынос, в прятки
зачастившего с кучей знакомых, то вот вам загадка:
тёртый, но не калач…

X

Через лет эдак тысячу ваши кости -
те, что станут похожи на ржавые гвозди, -
продолжая нестись, в порошок сотрёт
хронос, время. И только ругнётся матом,
напоровшись некстати не чей-то скучающий фатум,
незадачливый крот.

    

Форма: Вне категорий


Январь 2008

© Copyright: Виталий Жаров Отправить личное сообщение , 2011

предыдущее  следующее


Напишите свой комментарий.
Тема:
Текст*:
Логин* Пароль*

* - это поле не оставляйте пустым

11.04.2011 15:55:52    Ведущая раздела Клубочек в лицах Член Совета магистров Галина Булатова Отправить личное сообщение    
Интересно Вы одну и ту же тему эксплуатируете...А что-то более жизнерадостное у Вас есть? )
     
 

11.04.2011 20:48:59    Виталий Жаров Отправить личное сообщение    ...
...
Комментарий изменён: Виталий Жаров - 25 октября 2011 г. в 12:24:09
       

Главная - Стихи - Виталий Жаров - Одиссея крота, или Ода мёртвым поэтам

Rambler's Top100
Copyright © 2003-2015
clubochek.ru