Тихая бухта
 
Тихая бухта Т. Курт-Доде
В том краю, где песчаны так кручи,
Где б в тоске шли Волошин и Рерих,
И где Солнце безжалостно жгуче,
Только я оживлял этот берег,
Только я его делал певучим!
По обрывам, тропинкам сыпучим
Я сбегал к синеглазому морю,
Околдованный гулом созвучий,
Белоснежной волной на просторе.
В том краю, где пустынны так кручи.
Весь захлёстанный ветром пахучим -
Не унылый Волошин иль Рерих! -
Расцарапанный веткой колючей
Я влетал… словно камень падучий!..
На роскошный и ветреный берег.
На песок раскалённый и жгучий!
Проклиная песок тот зыбучий
(Я тонул в нём почти по колено!),
Как я рвался - вслед птице летучей! -
Убегая из Вашего плена…
В том краю, где пустынны так кручи....
И внимал я, простором научен,
Плеску волн и свободному ветру,
Кликам чаек, чей голос так звучен,
Распахнувшимся вдруг километрам!
В том краю, где я счастьем был мучим.
На обрыв забираясь сыпучий
К эдельвейсам расцветшим добраться,
Я держался лишь веткой ползучей,
Где пришлось мне с орлами сражаться
На вершине роскошных излучин!
Где плясал только ветер летучий,
Где б я мог – лишь удар! – и сорваться…
Как однажды другой – невезучий.
Как я счастливо мог рассмеяться
В том краю, где пустынны так кручи!
Был я бледен тогда и беззвучен:
От атак трёх орлов откидаться!
На обрыве отвеснейшей кручи
Я заставил тех тварей убраться!
В том краю, где я битвам научен!
В том краю – где, с мечтой не разлучен,
На холмах я один мог скитаться,
Где стихи – и просты и певучи…
Что, наверно, навек мне остаться
В том краю, где пустынны так кручи!
Где в заливах накаты гремучи!
И роскошен их пенный разгул!..
Где валы и грозны, и могучи,
А удары – сливаются в гул…
В том краю, где лишь море да кручи!
Словно бог, соскользнувший из тучи,
Я стоял у обрывистой кручи.
Не какой-то Волошин иль Рерих!..
Только я оживлял этот берег,
Только я его делал певучим.
В том краю, где пустынны так кручи.
В той стране, где я счастьем был мучим!
|
Морю

Волны! Чудо-волны хрустальные!
Шёпот волн, перекаты камней...
Есть ли что на земле музыкальнее,
Удивительней звуков морей?
В ночи летние, звёздные, лунные,
Очарованный, точно в бреду,
Я люблю эту песню подлунную,
И вдоль берега моря иду…
Я люблю эти всполохи дальние,
Блеск луны и сиянье огней.
Я люблю эти блики зеркальные,
Чуть мерцающий свет кораблей…
Околдованный тьмою и звёздами,
Звонким плеском среди тишины,
Я смотрю, как хрустальными гроздьями
Гаснут брызги упавшей волны.
Отрешённый от дум и мечтаний,
От проблем, что нам в жизни даны,
Погружённый в пучину звучаний
Я внимаю аккордам волны.
И, о чудо, волшебники былей,
Ощущаю я снова в груди,
Как вливаются свежие силы,
Чтобы в новые битвы идти!..
Я люблю Твою песнь беспечальную…
Силуэты в ночи… диск луны!..
Я люблю эти звуки венчальные -
Поцелуи и плески волны!..
Волны! Чудо-волны хрустальные!
Шёпот волн, перекаты камней…
Есть ли что на земле музыкальнее,
Удивительней звуков морей?
|
Я бог заточёный в роскошное тело

Я бог заточёный в роскошное тело,
Спустился я к морю с пустынных холмов,
Затем, чтобы юная – смертная! – дева
Была околдована магией слов.
Её уведу я в заветные бухты –
Туда, где залива манит синева,
Где звонкие волны поют и как будто
Сам ветер целует, коснувшись едва.
Тоскующий Бог, заточён в человека,
Я рвусь в совершенную форму – иную!
Но я обречён, и от самого века
Земную и смертную в губы целую.
|
Цветок

Пусть путь мой тернист, но светел:
Я могу куда хочешь идти.
Я лишь Ветер, я - только Ветер,
Ты – лишь только Цветок на Пути.
|
У подножия Карадага

Сожгите меня и развейте мой прах
В весенних полях, на лугах и горах.
Хочу я смешаться с окрестной землёю,
Хочу возрасти я зелёной травою,
Хочу распуститься я маковым цветом,
И ярко алеть, и весны быть приветом!
Горсть праха раскиньте в весенних садах,
В тенистых аллейках, в укромных местах,
Где лавки за пышной листвою стоят
И тайны влюблённых лукаво хранят.
Хочу я стать веткой пахучей сирени,
Скрываться от взоров в таинственной тени.
Пусть пара влюблённых сюда забредёт,
Скамейку увидит, ко мне подойдёт…
От пары влюблённых не буду таиться,
Для пары влюблённых сумею открыться!..
Пусть юноша пылкий ту ветку найдёт,
Меня, не жалея, пускай он сорвёт!
Пусть он ароматом сирени упьётся,
Губами с любимой пускай он сольётся!
Пусть сядут…
Любимая тоже пусть в веточку ткнётся -
Пускай захмелеет, пускай улыбнётся!..
А веточку склонит к себе на колени –
Я их расцелую цветами сирени!
При жизни любил я с любимыми знаться,
И после смерти – хочу целоваться!
|
Три строчки

И печаль свою, и горе,
Словно в ясном женском взоре,
Забывал в тебе я, море...
|
Муза Коктебельской поэзии
Предуведомление: «Исчезла из коктебельского парка Муза……» (Николай Анисин)
|

О, Муза, ты сидишь по вечерам
В кафе у моря, голая, как прежде,
И пьёшь вино… И этот зал - Твой храм…
И мне плевать, что Ты здесь не в одежде!
И льётся стих, что Ты читаешь мерно,
И этот стих, как Ты, здесь без прикрас.
И Ты рифмуешь просто «нас» и «вас»
И стих певуч, и всё в нём соразмерно!
Играет музыка, напротив тоже стол:
Твоя подруга - юношу целует…
Там кто-то вдребезги - разбил бокал о пол…
А там, чуть дальше – парочка танцует!
Твой голос тих и стих Твой без прикрас.
Глоток вина и Ты читаешь дальше…
Я лишь ловлю поток волшебных фраз,
И слышу музыку, и нет в них фальши!
Я вижу блеск Твоих прекрасных глаз,
Ты хороша, и от вина – зарделась…
Со стороны – уже глядят на Нас!
Как хорошо, что Ты тут – не оделась!
И я беру блокнот и карандаш,
Ты даришь мне - роскошнейшие строки,
И я пишу, чтоб звёзд огонь высокий
Запечатлел в блокноте вечер звёздный Наш!
Я не Поэт, но только - “переписчик”!
Не будь Тебя, я б просто вдаль глядел…
И - не любя стихов! - я б бросился, как сыщик,
Когда б красивый лик тут рядом пролетел!
И я в хмелю Твоих прекрасных фраз,
Пленяющих, как это побережье…
Твой голос тих и стих Твой без прикрас,
Как эта ночь - в счастливом безмятежье…
Ты говоришь мне: этот берег – Наш!
И шепчешь мне - роскошнейшие звуки!
И я, смеясь, берусь за карандаш -
Целуя Твои губы, плечи, руки…
|
Ослепительная молодость моя!..

Ослепительная молодость моя!..
Предо мною дальняя дорога…
Как мне жаль, что я не верю в Бога,
И отверг все тайны Бытия!
Как мне жаль, что я не верю в Чудо:
Ясен взгляд, и мысль моя тверда!
Мысль моя надменна и горда:
Бог во мне – и больше ниоткуда!
Утро!.. дождь!.. в туман идёт дорога!..
Мне – вперёд… сквозь этот дождь и мглу…
Вот стоит и церковь на углу!
Бог - во мне, а в церкви - нет уж Бога…
|
Золотые Ворота Карадага

Золотые Ворота,
Или встреча восхода Солнца
в компании голых женщин
Матросы Ра, сюда корабль направьте,
Здесь Гавань Вечности и есть для вас причал!
У Золотых Ворот! Под самой Аркой - ставьте!..
Когда-то ваш корабль я здесь уже встречал!
Матросы Ра, рассветный луч бросайте:
Как царственно пришли вы в этот мир!
Вас ждут дары!.. приветствия!.. И знайте:
Нагие нимфы ждут! Они начнут Ваш пир...
Матросы Ра, приличия оставьте,
Бесстыдною толпой целуйте женщин всласть!
Нагие груди нимф, их бёдра - лобызайте:
Сожгите их тела - явите жар и страсть!
Матросы Ра, я вас учить не буду!
Я сам пылал всю ночь до самого утра,
И ярко звёзды мне сверкали всюду!
Нагие нимфы здесь - мой дар матросам Ра!..
|
Чёртов палец

Закон величия есть неподвижность!
Текла здесь только времени река.
Как хороша здесь форм Твоих недвижность!
В безмолвии смотрел Ты на века.
Ты помнишь дни, когда восстал из моря
И пенная волна Твой омывала лик,
Но Ты всё рос, не ведая простора,
И вот поднялся Ты, прекрасен и велик!
Могучей силою Ты поднят был над морем.
Оно ушло… оно теперь вдали…
И Ты стоишь свободно на просторе,
Взираешь на людские корабли.
Перед Тобой роскошнейшие дали!
Безбрежье! Дымка! Синих бухт узор!
И я стою, застыв на пьедестале,
Гляжу, как Ты, в обрывы этих гор!
Я здесь мечтал и в этот край влюбился.
И видел я – здесь не один погиб...
А я здесь жил как будто здесь родился...
Закрыв глаза – я видел бухт изгиб...
Я вырос здесь, и здесь я возгордился:
Мой дух взлетел, и он звенит струной!
К вершинам гор здесь не один стремился!
И не один здесь очарован был луной!
О сколько раз сюда я поднимался!
Встречал рассвет!.. весну!.. закат!.. зиму!..
О сколько раз я сил здесь набирался
В сверканье дня или - идя сквозь тьму…
О сколько раз взирал я в те же дали,
Что смотришь Ты века, века, века!..
О сколько здесь таких, как я, мечтали,
А над Тобой летели облака…
Они ушли… они уже пропали…
А я стою - с мечтами на ветрах!
И те цветы, что мне здесь расцветали,
Цветут опять в моих роскошных снах.
И этот край как девушку любя –
Чарующий меня своим простором! –
Хотел бы я воспеть, чтоб… близ Тебя
Мой звонкий стих здесь разносился хором!
Здесь в мой “бокал” - всегда текло вино,
И здесь "Мускат" всегда - “тягуч и сладок”,
Здесь поцелуй – “хмельнее не дано”!
А взгляд подруг – роскошен и украдок!
И вот я снова здесь, и - восклицаю я:
Окаменевший Дух, приветствую Тебя!
|
Смотровая площадка Карадага

Встречаю рассвет...
Хоба-Тепе... Пропасть в 280 м над Львиной бухтой
На вершине скалы, там, где гнёзда,
Я стою – или бог или бес!
Надо мною сверкают лишь звёзды –
Словно сам я спустился с небес!
Здесь в горах только ветер и небо,
А внизу голубая лишь даль…
Море с небом сливаются где-то,
Море с небом – единый хрусталь.
О лишь миг, и рассветное небо
Рассекли золотые мечи!..
Я молчу… Я приветствую Феба –
Златокудрого Бога лучи!
|
Город у моря (Феодосия)

Нажмите на клавиши слов:
Пусть дрогнут сердечные струны!
Я шлю Вам аккорды стихов –
Примите напевные руны!
Я шлю Вам аккорды стихов,
Их звуки и дивны, и странны…
Как песнь, что летит к Вам из снов!..
Примите ж напев мой гортанный!..
Я шлю Вам аккорды стихов,
Дарю Вам роскошные звуки –
Мелодию ночи без снов,
И ритмы, и ритмы - разлуки!..
Нажмите на клавиши слов!
Вы помните город тот южный?
Старинную крепость и ров,
Даль моря и - отблеск жемчужный…
Вы помните `гуд вечеров`…
`Акации запах душистый`…
Даль моря… и даль берегов…
Плеск волн и их звон серебристый…
Вы помните звёзды в ночи?
Скамейку в любимом мной парке,
Где нам не сверкали лучи
Из окон… у Пушкинской арки…
Нажмите на клавиши слов!
Пусть льются роскошные звуки…
Кому-то – для ночи без снов,
Кому-то – на вечные муки!..
Вы помните эти холмы?
Пустынные пляжи и волны,
Тропинку, где шли только мы,
И оба мы были безмолвны?
Сиянье роскошной луны,
Мерцание звёздное гальки,
Хрустальные плески волны,
И ваши… две губы-миндальки!..
Вы помните странный мой взор?
Он таял в далёком пространстве...
И волны чертили узор,
Как путь - предстоящих вам странствий!..
Я шлю вам аккорды стихов:
Дарю вам волшебные звуки!
Примите мелодию слов –
На счастье!.. На сладость – разлуки!..
Нажмите на клавиши слов:
Пусть льются одни только звуки…
Как песнь что приходит из снов –
Мелодией встреч и… разлуки!..
|
Отчего ты море, Чёрное?

Отчего ты, море, Чёрное,
Не Зелёное, не Синее?
Отчего такое ты
Дьявольски красивое?
В ясный день спокойное,
Чуть волною плещешься…
Многоцветным пламенем
Ты под Солнцем светишься!
В хмурый – принахмуришься!
Потемнеешь водами…
А то вдруг взбунтуешься -
Горными порогами!..
Снова успокоишься,
Засияешь красками…
А нырну – как девушка
Оболванишь ласками!
|
Цветы в конверте

У нас в Крыму всегда цветут цветы!
Хоть снега нет – подснежник распустился!
К чему мне невозможный мир мечты,
Коль я с цветами крымскими сроднился?
Вдохни их аромат! Вдохни! Упейся!
Ну кто поверит, что сейчас февраль?
Не верь глазам! Не верь! Балдей и смейся!
Люби меня! Люби сквозь даль!
Ты далеко! И там снега… морозы…
А я у моря – в Солнечной стране!
Открой Альбом, и ты уйдёшь в мир грёзы!
Открой Альбом – и ты поверишь мне…
|
«Кара-Экимъ» («Чёрный доктор»)

Я пью вино из тех далёких мест,
Где я мечтал, и где бродил окрест!
Я пью вино из тех прекрасных мест,
Где я любил и целовал невест!
Я пью вино из тех пустынных мест,
Где за спиной норд-ост, а впереди – норд-вест!..
|
Там, где жил я, был берег моря...
 Вячеславу Бездарному!
Там, где жил я, был берег моря.
Полосою – пески, пески…
И не знал я ни бед, ни горя,
Ну а ты – ты умрёшь от тоски!
Там зимою – унылый берег…
Обернёшься – холмы, холмы…
Рано утром откроешь двери –
В хмуром небе лишь туч космы.
Там зимою свирепый ветер:
Где б ни шёл ты – в лицо, в лицо!
Не захочешь и жить на свете!
Ну а я - оставлял крыльцо!
Я бежал на пустынный берег:
Там всё время – накат, накат…
Там – счастливый... глазам не веря! -
Я резвился с волнами в лад…
Там всё время взахлёст бил ветер,
Норовил всё – насквозь, насквозь!..
Словно души он – в жертвы метил,
И пытал их быть с телом врозь!
Был я счастлив схватиться с морем!
Оказаться – средь волн, средь волн!..
На ветру и в хмельном просторе
Мчаться ночью, восторга полн!
Быстрый `чёлн` тот – врубался в ветер!
И в глаза – шквалы брызг!.. шквалы брызг!..
Словно был я – в гостях на том свете,
Перебрав и напившись - вдрызг!
О… ту ночь – никогда не забуду…
Жуткий ветер и волн – высоту!..
Пить вино – лишь за штормы я буду!
Чтоб из них лишь – врываться в мечту!
Там, где жил я, был берег моря,
Полосою – пески, пески…
Ну а ты, ты умрёшь от горя,
Оказавшись в тисках тоски…
|
Записная книжка

Карадаг в лучах восходящего солнца зимой...
Записная книжка
Этот день сотрётся
В памяти моей,
Как стирались краски
Многих моих дней.
Но раскрою книжку,
Разверну блокнот,
День, канувший в Лету,
Снова оживёт.
|
Привет из другого измерения

(Глядя на изумительные лица девушек на растрескавшейся подобно паутине фреске)
"Мы пришли к Вам из дали,
Сквозь паутину времён,
С белозубой улыбкой,
С тайной наших имён!
С тайной самых красивых,
Что смотрели на нас,
С тайной самых счастливых,
Что укрылись от Вас!.."
|
Мыс Св. Ильи (У алтаря Ардавды)

Их Бог был я! Но Богу не молились:
Пред племенем чужим они склонились…
И я оставил эти берега!..
Чтобы их души в Тартар провалились.
Чтоб новые на смену им явились!
И алтарю на мысе – поклонились.
Мне эта жертва будет дорога...
И я вернусь на эти берега!
|

Феодосийский Мыс Св. Ильи |
Игра звуков, или Великоросс на холме
Слышу латинскую звучную речь.
Строки – как меч, рассекающий вечность!
В мире неверном царит быстротечность,
В мире неверном - со мной будь, мой меч!
Здесь на холме, где мыса оконечность,
Выбита в камне латинская речь.
В груде камней - как послание в вечность!
Время всё мчится - ему не истечь!
В мире неверном пребудет лишь вечность:
Нет уже римлян, латинская речь!
Ты отзвучала - ушла в бесконечность:
Выпал из рук императорский меч!
Слышу латинскую звучную речь!
Строки – как меч, рассекающий вечность:
«В мире неверном забудь про беспечность!
В мире неверном со мной будь, мой меч!»
|
Кафская набережная

Вы живёте один раз в году!
Целый год Вы мечтали о лете,
Чтоб пройти на морском берегу
Красивее всех женщин на свете.
Вы себе подобрали наряд,
Подчеркнувший все прелести тела
И теперь все мужчины подряд
Говорят: их мечта прилетела!
Вы идёте вдоль берега моря:
Ветер!.. Чайки!.. Вы радости полны!..
Вы идёте, не веря и вторя:
«Как красивы - прекрасны как волны!..».
Вот и `принц`!.. Вы уже не одни!..
Вы о нём целый год так мечтали!..
Пляж!.. свиданья!.. счастливые дни!..
С ним забыты все Ваши печали!
Но вот лето прошло, и опять
Вы, как прежде, одни-одиноки!..
Неужели опять умирать?..
Пропадать без любви на Востоке?..
Вы красивы. Как будто умны.
Отчего же Вы так одиноки?
Не с того ль, что любить мы должны
Только дух бесконечно-высокий?
|
Жрице богини Луны

(В гроте Изиль-Коба, Тихая бухта, Энтратерра)
Сколько раз можно любить?
Тот, кто способен, бессчЕтно...
Но неспособному - тщЕтно:
Будет лишь время губить!
Сколько раз можно любить?
Сердце - рвалося на части!..
Сколько раз рушилось счастье,
И не хотелося жить!
Сколько раз можно любить?
Только любовь интересна!
А без любви - бесполезно,
Будешь лишь время губить!
Сколько раз можно любить?
Сердце не знает предела!
Только где нерв у предела
Можно счастливыми быть!..
|
Амуру на Французском пляже

Амуру на Французском пляже
Эй, мальчик, погоди минуту!
Прицелься лучше в милую Анюту.
Она меня, жестокая, терзает:
Так пусть её стрела твоя пронзает!
Стрельни ещё! Одной стрелы ей мало:
Она меня помучила немало!
|
У новых тавров

"Грустно, но жизненно..." (Вячеслав Бездарный)
Зачем он прибыл в мой суровый край?
Здесь не такие голову теряли!
Напрасно думал он найти здесь рай.
Его уж нет, а голову попрали.
Рассвет настал уже не для него.
Волна поёт в ленивой, сонной дреме…
Здесь тихо всё, не видно никого…
И никого здесь не было на стреме.
Его подруга - тут же в стороне:
Изрезан труп, глаза навек застыли…
Им не входить уж в море при луне.
Теперь они рассказ изустной были.
Машина вскрыта… ценного уж нет…
Острейший нож помог войти в палатку!
На этом пляже не ищите след.
Забудьте про загадку и отгадку!
Срывались звёзды, падая с небес.
Пустынный пляж не многое расскажет.
В моём краю не требуйте чудес:
Что было тут, милиция не скажет.
Теперь им жить в рассказах – только так!
А голова его – кому и что докажет?
Однажды лишь какой-нибудь чудак
На это место молча вам укажет…
Но жизнь идёт… другой сюда придёт…
Таких, как он, навалом в этом мире!
И снова здесь его конец найдёт,
Чтоб отзвучать в моей бесстрастной лире…
|
На Кафском пирсе

В краю, где я вырос, я море любил -
Огромные, страшные волны!
При штормах всегда я на пирс выходил.
Безлюдным был берег… безмолвным...
Лишь чёрные волны катились на пирс -
Дрожали и рвалися достки!
И страшной стеной вдруг вздымалися ввысь!
Ужасен удар их был хлёсткий!
Но я убегал, уклоняясь от брызг,
Вперёд и на край - где открытое море!..
И новые волны - неслися на пирс
В кипящем и грозном просторе!
И снова бежал я от страшных валов
И смело вставал посредине…
Могучая сила седых их голов
Под пирсом ломилась к твердыне!
Но им не давала другая волна
В откате, летевшая в море,
И страшная сила ей тоже дана!
И встреча решалась в их споре!..
И в споре те волны - вздымались стеной!
Весь пирс сотрясался от схватки.
И зорко следил я за новой волной,
Чтоб дни мои – не были кратки!
Смеясь, убегал я, спасаясь от брызг,
Вперёд и на край - где открытое море!..
И новые волны - катились на пирс…
И сколько их было в просторе!
А чёрные волны - влетали на пирс:
Дрожали и рвалися достки!
И снова стеной вдруг вздымалися ввысь!
Удар их был страшен и жёсткий!
Дрожал и гудел под волнами мой пирс,
Дрожали и рвалися достки!
И я восхищеньи подпрыгивал ввысь:
Прекрасен удар их был хлёсткий!
В краю, где я вырос, я штормы любил -
Катились свирепые волны!
При штормах всегда я на пирс выходил.
Безлюдным был берег… Безмолвным…
Однажды я утром на берег пришёл
Забаву продолжить с волнами!
Не пирс – только ржавые сваи нашёл,
И не на что встать мне ногами…
Я мудрость скажу, ну а ты ей внемли,
Я всё же общался с богами!
Люблю я роскошные краски земли,
Но славлю я шторм под ногами!
|
Размышление над бокалом вина (Игорю Васильеву)

Размышление над бокалом вина (Игорю Васильеву)
Я пью вино, как кто-то пил рассвет…*
Но час рассвета я встречаю в море,
Когда плыву и оставляю след,
И этот след теряется в просторе…
Я пью вино, а кто-то... пил рассвет!
Я пью вино, а за окном закат…
И слышен крик, что кто-то – умирает…
А кто-то даже - попадает в ад!
Бокал вина в вечерний час сверкает!
Я пью вино, а кто-то пьёт закат…
--------------------------------
* "Я пью рассвет..." - утверждение К.Бальмонта.
|
Побег

Душа летит и рвётся в Коктебель!
Она что птица - в воздухе несётся!
Туда, туда, в родную колыбель,
Где тело счастливо и жизнь опять начнётся!
Как надоел мне ваш унылый край,
Фальшивые, безжизненные лица!
Туда, туда, где существует рай
И я могу забыть тебя, столица!
Я сброшу ваших платьев мишуру,
Чтоб я могла там заново родиться,
Когда войду там в море по утру,
И чтоб ваш край - не мог мне и присниться!
Прощай, Москва, прощай немытый край!
Фальшивые, замученные лица!
С последним грузчиком мне в Коктебеле рай,
Хоть я там на правах – крылатой птицы!
----------------------------
О, Господи! Ещё одна душа
Летит туда ж... Не хочет обернуться!..
И я смотрю на небо не дыша,
Не зная - мне рыдать или только улыбнуться. |
Вечер в Феодосии

Бокал вина в моей руке сверкает.
Садится солнце, дует ветер с гор.
Вечерний бриз с Тепе-Оба слетает,
И в этот час люблю я женский взор.
Мне в нём - вино любви блистает!
О, здесь вином Любовь, и Ночь встречают!
Так повелось на юге с давних пор,
Где пьют вино и звёзды замечают...
Вот почему спешу я на простор -
Туда, туда, где женщины мечтают!
Где берег... люди... пляжей полоса...
Где я всегда гляжу на жемчуг моря...
Где музыкой звучат мне голоса
И песнь любви здесь постоянно вторят...
Я пью вино за эти чудеса!
|
Дорога на Французский пляжЗавсегдатаям Тихой бухты - любителям приключений, нудистам, парапланеристам, искателям любви и всем, кто однажды сюда приедет. |

(в сокращении)
Роскошный день поёт мои напевы…
Весёлым утром я опять в пути.
Со мною как всегда идут три девы,
Чтоб сбить Святого с честного пути.
Три юных грации, беспечные, без дела,
Упруго шествуют, звенят их голоса,
Волнуют взгляд прохожих их Три тела,
И ветер, ветер - треплет волоса!
Смеясь, идём все вместе вдоль залива,
И я, как Бог, веду их в `Край иной`.
Нам плещет море синего отлива,
Поёт волна: `Здесь кончен путь земной!`
Я знаю всё: все времена, все были,
И мой рассказ – о бухтах, где идём,
О людях, что когда-то здесь бродили,
Следа которых больше не найдём!
Я говорю им о холмах, курганах,
О городах, исчезнувших в веках,
О том, как Жизнь здесь мчалась ураганом!
И Наших Судьбах – что у Нас в Руках!
И я им говорю: взойдём на кручи!
Дорогой этой в `Край иной` придём!
Оттуда ближе мы увидим Тучи,
Но лучше Моря красоту поймём!
И мы идём уже по Козьей тропке:
Неверный шаг, и полетим мы - вниз!
Туда – в обрыв! Но взгляды дев не робки!
И пройден уж опаснейший карниз.
Они прошли красиво, величаво,
Как и положено, Богами кто рождён!
Они прошли с Отвагой и со Славой,
И я был поцелуем - награждён!
А там внизу с волнами Смерть играла,
И Нас ждала! Теперь ей ждать других…
А море, море - как оно сверкало!
А ветер, ветер – даже ветер стих…
И Жизнь, и Смерть!.. Всё это рядом…близко!..
Неверный шаг и - юный труп внизу!..
К чему идти такой дорогой склизской?
Но здесь не те, чтобы пролить слезу!
Волна звенит, и бухты восхищают,
Ошеломляет синь, рисунок гор вдали…
И души нимф из тел уж улетают:
Они уже в пространстве – вне земли!
Цветут цветы и головой кивают…
Пусть гнутся травы – нам вперёд идти!
И ноги дев на травы наступают,
Чтоб царственно на Мыс богов взойти!
Мы на Альтуне! Всё ошеломляет
Ещё сильней: какая красота и даль!..
Как хорошо нас море здесь встречает
И бьёт волна прозрачный свой хрусталь…
Соленый ветер нас, как друг, встречает,
Он треплет волосы, на нас одежду рвёт!
И аромат, что степь здесь источает
Нам кружит голову – как будто даль плывёт!
Соленый ветер грудь сама вдыхает!
О ветер моря, как прекрасен ты
И этот край, где всё благоухает
И мы глядим с роскошной высоты!
И мы сидим… и смотрим… и вдыхаем…
И думаем… и снова в даль глядим…
И на Мысу мы глубже понимаем,
Зачем в сей мир пришли, куда себя стремим!
Я достаю вино… бокал идет по кругу!..
Мы пьём за здравие, кто любит жизнь, как мы:
За красоту, бесстрашие, за верность другу,
За Светоч, что горит в Нас среди тьмы!
Мы знаем жизнь, и видели мы трусов,
Предавших всё: самих себя… друзей…
И Наш глоток - за павших в битвах Руссов,
Что возросли в цветах, пускай тут норы змей!
Но этот гад, что здесь ползёт в обрыве,
На Наше празднество богами послан был!
И я, не мешкая, его схватил в порыве:
Как знак того, что он на пир прибыл!
Подняв за хвост, я отдал дань размеру:
Своей длиной он превзошёл мой рост!
Он выказал достоинство и меру,
И понял я, что этот змей - не прост!
Что он не просто змей, но Змей-правитель,
И, явно выделяясь средь зверей,
Он голову вздымал как повелитель:
Он был здесь Царь, и даже - `Царь царей`!
И, оказав Царю все знаки чести,
Его я голову к земле прижал,
Пока Три нимфы упражнялись в лести…
И вот уже я пасть в руке держал!
Три грации, бокал вина наполнив,
Произнесли чудеснейший свой тост,
И - влили в пасть, свой долг исполнив!
А Змей роскошно шевелил свой хвост…
И, оценив вино, он знак нам подал новый:
Он… дружелюбно пасть нам раскрывал!..
И – к полному бокалу вновь готовый! –
Своим хвостом он пьянку одобрял…
Мы пили впятером, и чудный ветер
Нам дул в лицо, и лил свой аромат!
Прекрасный миг! Счастливейший на свете!
И с Нами вместе пировал здесь - Гад!
Но боги новых вестников помчали
Напомнить нам, что мы ещё в пути.
И чайки нам над морем прокричали,
Что нам вперёд, что нам опять идти!
Наш Царь царей был с почестью доставлен
К своей обители, он, пьяный, чуть дремал…
И с “памятной” бутылкой был оставлен:
Он – жаждал, он – алкал!!!
А мы пошли туда, где пели волны!
Крутой тропою устремившись вниз.
Где ждал нас пляж, роскошной гальки полный,
И тут же поднят был опал и аметист!
Я тут всегда отыскивал сардоникс,
В любой момент я мог поднять агат,
Тут были халцедоны… хризолиты… оникс…
А иногда я подбирал гагат!
Всех камешков мне здесь не перечислить,
Что я на этом пляже находил…
И странный тип – его к Святым причислить? –
Вдали – как проклятый – туда-сюда… бродил...
Жестокой жизнью брошен был на берег,
С большим мешком, чтоб – камни собирать!
Потом гранить – всё это ради денег! –
Везти в Москву и там их продавать!
Но мы стопой всё это попирали!
Нас звало море, песни пел прибой…
И тот маньяк с своим мешком едва ли
Привлёк бы нас или развлёк Судьбой…
Три грации – беспечные! без дела! –
Хмелея от цветов и от вина! –
Весьма прелестно обнажили тело,
Чтоб их омыла бурная волна!
Нагие Девы, словно Три Богини,
Вступили в море - возглавлял их Бог!
На этом пляже не нужны бикини:
Здесь царствуют Свобода, Волны, Рок…
Немало здесь таких, что утонуло,
Погибло или в море унесло…
Немало здесь в Ночи навек уснуло!
Немало дев в Ночи здесь понесло!
Вам не понять здесь красоты свободы!
Вам не понять, как можно плыть и плыть…
Презренные и рабские народы
Оков земли не могут позабыть!
Мы плыли долго… в море… далеко...
Забыв про то, что нами брошен берег
И плыть назад, возможно, не легко:
Стал точкой тип, рехнувшийся от денег!
Но тут же мы все дружно ощутили,
Что не могли истратить всех уж сил,
А значит, с нами боги пошутили:
Чтоб каждый ужаса слегка вкусил!
О!.. Сил в запасе оставалось много!
Обратный путь был дьявольски красив,
Но Красота сама была от Бога:
Холмы…равнина… слева – гор массив!
Создатель здесь немало потрудился,
Чтоб сделать всё таким, как тут и есть,
Похоже, он и сам тут вдохновился:
Не здесь ли он писал «Благую весть»?
Мы плыли молча, созерцая дивы.
Величественный вид тому располагал.
Ландшафт взлетал! В волнах неслись мотивы!
И каждый плыл, и плыл, и звукам волн внимал…
И в песнь стихий стал некий звук врываться,
Нам чудилось: как будто… голос пел…
Он рос, и рос… чтоб к Господу подняться!
И очень дивно - в ширь и в высь летел!..
И этот голос – к Богу обращался,
И пел хвалу… его благодарил!..
Крылатый голос с Господом общался!
За то, что - этот край он сотворил!
Заворожённые мы песни той дивились –
Уместности её великих слов!
И наши души - тоже в высь стремились!..
Как будто были мы… в самом уж Царстве снов!
Внезапно на холме предстали двое,
Спешащих вдаль… И первый – пел псалмы,
И нёс хоругвь (в подштанниках обои!) –
Штаны же водрузил на шест!... А мы,
Дивясь поистине святой картиной,
Из моря выходили в наготе…
Три грации – не прикрывались тиной!
А я – здесь Бог! – предстал им в Красоте!
Священники нимало не смутились,
И первый пел – роскошный Небу гимн!
И Песнь неслась… слова из сердца лились!
И здесь же… благодать сходила к ним!..
Длинноволосые, свернув сутаны, –
Их бороды неслись за песней в высь! –
Отцы Святые шли в чужие страны,
И потому – на гору взобрались!
Тот, кто молчал, на дев, порой, косился:
Он, вероятно, в юности грешил…
А может - слишком долго уж постился.
Но вид его немало рассмешил.
Он раза три невольно спотыкнулся,
И раза два с горы чуть не упал.
И если б к нам он вниз вдруг кувыркнулся,
Наверняка б… иль в ад, иль в рай попал…
Но друг его был предан песнопенью,
И шёл вперёд - куда их звал Господь:
В подштанниках!.. с хоругвью!.. Их явленье
Весьма одушевило нашу плоть.
Достав вина, мы снова насладились
Роскошным вкусом здешних чудных лоз,
И – за бокалом! – мы б не удивились,
Когда б к нам подошёл и сам Христос.
Нагие девы, символы культуры,
Отлично украшали этот пляж.
Детали тел – фрагмент живой скульптуры! –
Могли бы показаться за мираж…
Святой отец, который спотыкался,
На дальней горке снова оглянулся:
Роскошный вид на нас там открывался!
Будь он грешней – конечно б он вернулся!
Но друг его был сердцем богу предан:
Он взял его рукой неумолимой,
Напомнив Путь, что был им заповедан,
И вниз повёл – чтобы идти долиной!
Прекрасный голос пел молитву Богу!
Но звук стихал… и вскорости пропал…
А души дев ещё неслись к чертогу
Вручить Всевышнему своих сердец опал!
А тело – мне: я здесь Хранитель места!
И потому, что путь был многотруден
И вылеплен я из другого теста,
По просьбам дев - массировал им груди...
----------------------------------------------
----------------------------------------------
Роскошный день поёт мои напевы…
И завтра снова я опять в пути…
Со мною как всегда пойдут три девы,
Чтоб сбить Святого с честного пути!
|
Расставание

О, нет! Я не мог бы забыть наших встреч
И тебя б никогда не предал,
И никто б не сумел так любить и беречь:
Как никто я тебя понимал!.. |
На альтуне поэта

Если б он здесь запел, то наверно
Его сердце рванулось струной,
Его песни и звучные рифмы
Расплескались бы звонкой волной.
Это боги его здесь венчали
На мысах под сверкавшей луной,
Это звёзды его здесь встречали,
Ну а я – `проходил стороной`…
Я всего лишь подслушал те песни,
Что неслись здесь по склонам холмов,
Что звучали б роскошней, чудесней
Если б пел он их сам - у костров!
Его песни не знали печали,
Но ведь вы - и не слышали их.
А, услышав, вы б долго молчали
От созвучий роскошных таких!
Это боги его здесь венчали
На мысах под сверкавшей луной…
Это ветры ему здесь звучали,
Ну а я здесь `прошёл стороной`…
|
Наивному

«Я досками забью родные двери»
Ты “досками забил родные двери”,
Друзьям на крестовине отписал,
что “умер”… Я тебе поверю –
За дверью тихо: жить ты перестал!
Твои друзья по-прежнему в веселье,
А кто-то празднует, что ты от них ушёл.
Твои любовницы уж новою постелью
Встречают тех, кто к ним с вином пришёл.
Ты руку мне не жми – пишу не от участья.
Оставь свою тоску в местах, где ты теперь:
В твою квартиру вновь войдут для счастья!
Пускай и досками ты забивал здесь дверь!
|
В Коктебельском заливе
Я люблю это море и даль:
Эти синие-синие краски…
Эту чёрную гор вертикаль,
Где живу я, как будто я - в сказке!
Я живу здесь под звуки волны,
Зацелованный ветрами в поле
Звёздной ночью при свете Луны
С юной девой плыву я в `гондоле`.
И скользим мы по зеркалу вод…
Осиянные... в лунном отливе…
И плывёт наша лодка вперёд:
Только мы в этом чудном заливе!
Я счастливые песни пою,
Потому что я рос на просторе,
Потому что я жил как в бою,
Потому что люблю это море!
Я люблю это море и даль,
Эти синие-синие краски…
Я забыл, что такое печаль,
И другой мне не надо раскраски!
|
Мои стихи, роскошные как песни

Мои стихи, роскошные как песни,
Не отзвучат на этих берегах.
Они бы были во сто раз чудесней,
Когда б я жил совсем в других годах.
Но и сейчас – им быть! И быть в напевах!
Им будут удивляться, повторять.
На берегу - произносить при девах:
В мой `Край любви` им двери отворять!
Они пройдут в него моей тропою,
Где я любил так часто пробегать.
Они войдут туда своей стопою.
И кто-то будет здесь стихи слагать!
И чей-то стих, возможно, будет лучше,
И будут здесь ему сердца вверять:
Слова любви звучать в нём будут чутче!
Но и мои здесь будут повторять!
Мои стихи, роскошные как песни,
Не отзвучат на этих берегах.
Они бы были здесь ещё чудесней,
Когда б я жил совсем в других годах!
|
Эпитафия лётчику

Он умер, потому что долго жил.
Взлетал он в небо - небом дорожил!
|
Голубь

Даже птицы у моря мечтают,
Точно так же на волны глядят,
И они, и они замечают
Красоту, что нам Боги дарят.
В жаркий день, когда зной чуть спадает,
Загорая у груды камней,
Я смотрю, как волна набегает
В переливном сверканьи огней.
В час урочный тогда прилетает
И садится у кромки воды
Дикий голубь... и в грёзы впадает...
И мечтает до первой звезды!
Плеску волн странный голубь внимает
Всё глядит он на капель огни...
Может, тоже Её вспоминает,
С кем делил он счастливые дни?
|
Ты помнишь?
Ты помнишь, как шли мы вдоль моря? -
Волны катились к ногам...
В Твоём зачарованном взоре
Я видел любовь к берегам.
А помнишь, как волны хлестали
В тот камень, что встал на пути,
Как долго на нём мы стояли
И всё не хотели уйти...
Огромные волны вздымались,
Брызги летели на нас,
И высшей наградой казались
Солёные капли у глаз!
О, как же ты в море глядела:
Душа улетала в залив!
А мне оставалось лишь тело
И чувства хмельного разлив...
И Ты всё глядела, глядела...
А я - целовал, целовал...
А море кипело и пело,
И новый всё высился вал...
А помнишь, как Ты засмеялась,
И с камня мы прыгнули вниз,
Где белая пена плескалась,
Взметалась каскадами брызг...
Потом мы с тобой побежали
По кромке катившей волны...
Ладонью ладонь мы держали,
И были мы ветром полны!
Казалось: мы оба - в картинке,
А бухта - моя колыбель!..
Мы дальше пошли по тропинке.
Тропинка вела в Коктебель.
|
Возвращение из Тихой бухты

В вечернем небе - кровь, в вечернем небе - пламя,
И я смотрю, как умирает день...
И облака, что вдаль плывут над нами,
Уже не могут бросить на землю свою тень.
Как я люблю в такой вот алый вечер
Пустынною тропой идти среди холмов,
Держа твою ладонь, обняв тебя за плечи,
И видеть только степь, - и нет нигде домов!
И кажется, что мы одни на свете,
Нам хорошо... и нам не нужно слов!
Пьянит полынью нас степной гуляка-ветер,
И оба мы в плену безумно-алых снов:
Над нами небо - кровь, над нами небо пламя!
А впереди тропа, и нет конца пути...
И нам лишь шум травы... большой ковёр с цветами...
И мы идём, идём... И нам идти, идти... |
|