Клубочек
Стихи Проза Фото Живопись Музыка Конкурсы Кафедра Золотые строки Публикации авторов Форум
О сайте
Контакты Очевидец Клубочек в лицах Поэтический словарь Вопросы и ответы Книга месяца Слава Царствия Твоего
Станислав Новиков

Отец Герасим

    Священник был эпический человек. Ростом под два метра, с невероятных размеров животом и дремучей бородой. Крупное мясистое лицо его имело до того озорное выражение, что вызывало невольную улыбку у всякого. Ряса его напоминала парус не самого малого пиратского фрегата, а серебряный наперстный крест на его груди смотрелся, словно нательный крестик на обычном человеке. Отец Герасим путешествовал со своей супругой. Они с матушкой ждали пересадки на своей поезд в зале ожидания городского вокзала. В их компании оказались молодые специалисты-компьютерщики Игорь и Олег, возвращавшиеся из командировки и тоже ожидающие своего поезда. Батюшка с живым детским любопытством слушал собеседников:
    – В общем, каталогизацию мы закончили, и теперь в Кирове работает единая база данных. Это, конечно, чисто профессиональный момент и неспециалистов не коснётся, но, на самом деле, событие важное и большое. А вы, святой отец, куда путь держите? – невероятно интеллигентного вида Игорь характерным изящным жестом поправил очки.
    – Во-первых, не святой я, а вовсе даже наоборот. Святые отцы у католиков бывают, – батюшка презрительно фыркнул. – У нас-то, православных, принято говорить «честный отче», или «батюшка». А едем мы с матушкой к моему старинному другу в гости. Ещё с семинарии мы с ним дружим. Священник-то что солдат: куда пошлют – туда и едет, и там и служит. Отца Афанасия отправили служить в Архангельск, а меня вот, – батюшка явно сконфузился, – меня в одну деревню отправили, на севера в Коми…
    Матушка Ирина, миловидная полная женщина с нервинкой в лице, до этого момента слушала собеседников, не вмешиваясь, но с опаской и сдержанным негодованием поглядывала на мужа. Она явно за что-то на него сердилась, но вела себя, как и подобает жене священника. Сейчас же она не выдержала:
    – Ага… Отправили его! Чего ты, батюшка, кокетничаешь? Так и скажи: выгнали тебя из семинарии. Рукоположили без очереди и побыстрей сослали в глушь, смутьяна такого. – Матушка обратилась к молодым людям. – Вы уж извините его, ребята. Непутёвый он у меня. Вы не подумайте, Бога любит и людей любит, и служит исправно. Только… ну, непутёвый. Везде влезет и везде виноват останется. Из епитимий не вылезает, на лбу уже шишка, а всё поклоны от владыки получает. Всю жизнь такой, всю ведь жизнь. Годов нажил уже, считай, шестьдесят, а вот никак смекнуть не может, что…
    – А ну, хватить трещать! – таким, наверное, гласом батюшка возвещал свои церковные молитвы. Густым, низким басом одёрнул он свою жену. Полез в бумажник, достал квитанцию и повелительно протянул матушке. – На-ко, иди в багажное отделение и возьми из нашей сумки мне мазь от ноги, разболелась чего-то. Иди-иди, покоряйся, непокорная.
    Матушка, упрямо поджав губки, удалилась с видом мученицы, готовящейся к великомученичеству.
    – Ох, ребята, такую мне жену Господь подал… Во смирение мне. Но вы про неё плохо-то не думайте, она со мной намаялась просто. Да и порода её бабья… Ох…
    Парни рассмеялись.
    – Бывает, отец. А за что на вас осада такая? И от владыки, и от матушки.
    – А за честь мою священницкую да за сердце моё православное. Меня владыко любит, очень любит. Оттого и поучает. О душе моей печётся. Я ведь не смиряюсь уже двадцать лет как. Вот и бью поклоны…
    – Двадцать лет?! – парни изумлённо переглянулись и заинтересованно поддались вперёд. – Расскажите, батюшка, пожалуйста.
    Отец Герасим подбоченился, заносчиво зыркнул по сторонам и принялся рассказывать с хвастливой гордостью в голосе:
    – А чего? И расскажу. Мне стыдиться нечего. Богом дан человеку инструмент для того, чтобы уметь определить, что такое хорошо, а что такое плохо. Это сердце. Вот сердце и показало мне некогда, что умонастроение моё правильное. Ещё когда учился я в семинарии, случилась у меня напасть. За полгода я, так вышло, весь в замечаниях и штрафах сделался. То в самоволку пойду, а меня поймают. На Великий Пост, вот, не выдержал – с колбасой был уличён. Апологетику никак не мог осилить. С науками у меня совсем плохо было. Одну только литургику хорошо сдавал, уж как мне служба-то нравится. Так бы и не выходил из алтаря, служил бы и служил, пел бы Богу нашему и пел…
    Ну вот, на третьем курсе и случилось со мной такое обстояние. Узналась нам, семинаристам, страшная история. Была одна семья. Отец-дальнобойщик, мать-учительница и сынишка тринадцати лет. Люди все хорошие, добрые, только вот неверующие совсем, ну ни капельки. А потом отец разбился на машине, да прямо-таки насмерть. Мать как узнала, так в считанные дни и погасла. Инфаркт, что ли…Тоже померла, в общем…
    Батюшка нахмурил могучий лоб, лицо его исказилось застарелой болью и глубоким искренним страданием. Вернувшаяся уже матушка была теперь притихшей и смотрела на своего мужа с искреннею жалостью. Священник качнул головой, огладил бороду и продолжил глухим голосом.
    – Ну… А малец на себя руки наложил... – озорные добрые глаза наполнились слезами. Батюшка с трудом сглотнул, поправил воротник своей рясы, словно тот душил его, и продолжил. – Вот и поднялся среди нас спор. Спасётся ли этот малец, да можно ли его отпевать, да можно ли за него молитися, да как его должно хоронять? Да, может, он и не самоубийцей считается, да, может, как убиенный пойдёт?
    Игорь озадаченно наморщил лоб:
    – Как это? Самоубийца и есть. Почему убиенный-то?
    Священник вдруг исполнился гневом и яростно сверкнул глазами:
    – А это как посмотреть. Убили его мы всем миром, вот так! Сначала родители, что к церкви его не привели. Небось, был бы Бог в душе, да ангел-хранитель за плечами, так в петлю не полез бы. А потом все мы, кто не смог, а то и не стал, сиротке душу утешать. Это ведь вокруг люди были! Посреди всего народу, да чтоб так мальца скручинило-то… Чтобы не осталось у дитяти вообще никакого утешения!
    – Тише, отец, – матушка нежно ухватила мужа за локоть, – осуждаешь…
    – Ах, точно так. Прости, матушка. И вы простите мне, люди добрые, страстной я, никак не уймусь. В общем, спорили мы, спорили. И к богословам учёным ходили. Один так скажет, другой иначе. Канон-то каноном – самоубийце геенна огненная. А вот есть ещё больше канон! Всем канонам канон! – священник рубанул воздух ладонью: – Милость Бога нашего.
    – Короче говоря, я от тех споров отстал, как от бесплодных, и больше в обсуждении не участвовал. А думать о том мальце не перестал. Так и до сих пор… Ну, а как меня во дьяки-то рукоположили – это на третьем курсе было – за мой бас многоценный, так я на первой же своей ектеньи, по зову православной своей души, и возгласил в конце: «… прости и помилуй, Господи, чадо твоё, имя Сам Ты веси». Я-то ведь и не знал, как звать того мальца. А как представлял себе, что сей отрок сотворил с душою своею бессмертною, так и слёзы меня душили. Вот и порешил для себя всю жизнь молиться о нём, хоть это и не положено.
    Олег недоуменно нахмурил брови и озадаченно спросил:
    – Чё-то я не понял, батюшка. А что, за самоубийц молиться, что ли, нельзя?
    – Конечно, нельзя. Самоубийство – это самый смертный грех. Особенно страшный тем, что покаяться в нём нельзя, поздно. Вот и церковной молитвы за таких людей нет. Несчастный сам себя от тела церкви отделил и вверг во власть диавольскую… Это ведь на самом деле жуткое дело, страшная вещь. Самоубийц ведь хоронят даже не со всеми православными на кладбище, а за кладбищенской оградой… Ни отпеть их нельзя, ни на литии помянуть… В домашней молитве только можно. И то, сперва испросивши благословения у священника, да с полным разумением сердечным, что творишь неугодное Богу. Вот с таким трепетом и молишься… То просишь заблудшего помиловать, то о себе грешном покаяние возносишь…
    Ну, так о чём я? После службы священник меня призывает и спрашивает, кого это я помянул с такой искренностью? Я ему и ответствовал без утайки. Ох, что тут началось!.. Уж не буду рассказывать. Ну, а как я весь в опале был, так и в служении меня запретили, и делу ход был дан. Дошло до самого епископа. Он меня и вызывает: «Как же ты так поступаешь, дьякон? Ты ж каноны матери-церкви твоей нарушаешь, которые обязан блюсти. Ещё и упорствуешь да покаяться не желаешь». Я ему: «Владыко мой, да я за грех это и не считаю. Мне так сердце моё велит. Что велегласно так соделал, каюсь. Это я не подумавши. Больше так не сделаю. А внутреннею молитвою – так обязательно того мальца поминать буду. Всегда и присно и во веки веков. Аминь». В общем, ещё год я на туалетах был. Ну, чистил их. По пятьсот поклонов ежедневно бил. А потом к нам в семинарию патриарший визит наметился. Меня в три дня рукоположили во священника, да и сослали в деревню глушайшую в соседнюю епархию. Дескать, от греха подальше, дескать, а ну как я чего на глазах у патриарха выкину… Владыка-то нас, с матушкой принявший, зело славный оказался. Возлюбил меня так, что и не пересказать вам, друзья. Но поскольку я не покоряюсь, так мне поклоны и не отменяет. Только до возрасту моего снизошёл и до габаритов моих. Сейчас мне только десять поклонов положено, да и то в пояс, а не земных. Но я-то всё равно делаю земные, – батюшка требовательно ткнул локтем супругу, и матушка свидетельски закивала, – из принципу. И всю свою жизнь про себя поминаю того мальца, на каждой своей службе…
    Воцарилась тишина. Вокруг священника собралось уже немало народу, привлечённого громким живым голосом отца Герасима. Люди разглядывали скорбную и величественную фигуру священника, размышляли об услышанном.
    – И вот совсем на днях открылась мне страшная правда… Не за того ведь мальчонку я молился. Всё это непокорство моё всюжизненное на поверку-то – самое мерзкое лицемерие и есть. Чистой воды ведь гордыня и самолюбие.
    Это ведь я так сам себя благородил. Вот, дескать, какая у меня душа христианская: на муки иду за ради дитя… А что, Господь без моей-то молитвы не сподобится дитятю помиловать? Мне-то ведь правила и законы даны на соблюдение, а не на попрание… И что есть важнее, нежели соблюсти закон Матери Церкви? Другой вопрос, что есть буква закона, а есть его дух. Сплошное прельщение для незрелого ума… А потому как буквы нашего закона писаны не всякими там политиками, этими паралитиками душевными, а святыми отцами, по вдохновению Духа Святого, должно просто соблюдать их… А не мудрствовать лукаво. Так вот и вышло, что я, окаянный, всю жизнь гордыню себе тешил… Что же мне теперь делать-то? Может, в монастырь упроситься?.. Сана меня лишать надо, недостойный я оказался священник.
    – Не пущу я тебя в монастырь! – встрепенулась матушка. – Чего удумал?! Нельзя тебе туда, при живой-то мне…
    – Можно, если с твоего согласия... – небрежно отмахнулся отец Герасим. – Короче говоря, люди добрые, стыдиться мне особенно нечего, всю жизнь слушал я своё сердце и следовал его зову. А вот чего стыдно, так это того, что я второй Богом данный инструмент не применил... – батюшка веско постучал себя узловатым пальцем по лбу. –
    Разум. Ежели бы я головой-то думал, так и понял бы, что не благочестивый я сострадательный молитвенник, а сластолюбец нравственный да гордец заблудший и в заблуждении своём упорствующий. Я же мнил свою повышенную милосердность и тешился этой мнимостью… Полагал, что перевыполняю план милосердия, а на самом деле, питал гордыню…
    Раздался мелодичный сигнал, и механический женский голос объявил посадку. Отец Герасим степенно поднялся и принялся прощаться с людьми, благословляя всех
    желающих. Матушка торопливо собирала скудные вещички и причитала, что ещё надо в камеру хранения. Пассажиры тепло прощались со священником, желали ему всех благ, утешали его и пророчили прощение Христом всех батюшкиных промахов. Супруги шли по залу ожидания, и матушка что-то горячо втолковывала священнику. Он величаво отмахивался. Когда пара уже почти завернула за угол, рука священника вдруг стремительно скользнула за спину супруги и сильно щипнула матушку за мягкое место. Провожавшие их глазами люди тепло рассмеялись.
    – Ну и батюшка...– ошарашенно протянул Олег. – Просто квинтэссенция несуразностей. Всех вообще…
    – Зато настоящий, – задумчиво откликнулся Игорь, поправив очки.
    
    Поезд мерно стучит и задумчиво покачивается. Свет уже пригасили, и в тёмном купе полупустого вагона молча сидят друг напротив друга священник и его жена, думают свои думы и смотрят в окошко.
    – Отец, – матушка, словно решившись наконец, заглянула в глаза мужу, – а чего ты всегда людям в конце говоришь, что всё понял и одумался, а? Ведь ты им врёшь…
    Отец Герасим помолчал:
    – А чтоб неповадно было моим путём идти… Сладко это, претерпевать за правду, особенно за сердешную… Но ещё слаще делать такой вид, может, и перед самим собой. Любим мы повыпячивать своё якобы благочестие... –
    батюшка помолчал. – И знаешь чего, мать? Меня ведь благословили на молитву об этом мальчике… Сразу как мы переехали в нашу епархию, так владыка сразу мне и дозволил. Но я в том никому не открылся.
    Матушка молча смотрела на мужа. Потом оторопело спросила:
    – А что ж ты двадцать лет поклоны-то бьёшь?
    – А потому что грешу. Знаю, что нельзя молиться, а молюсь. Грешу ведь… Ещё и владыку сподобил согрешить – благословить меня на неугодное Богу деяние. Да и права ты, мать. Вру ведь людям. В сердце своём полагаю, что учительствую, а ведь просто вру. Ещё и умело…
    Отец Герасим с грустью устремил взгляд в окно. Подумал немного и горько закончил:
    – Вот и бью поклоны.
    


    

    

Жанр: Рассказ
Тематика: Религиозное


предыдущее  следующее


Напишите свой комментарий.
Тема:
Текст*:
Логин* Пароль*

* - это поле не оставляйте пустым

29.07.2011 17:09:41    Ведущая раздела Клубочек в лицах Член Совета магистров Галина Булатова Отправить личное сообщение    
Тронули Вы моё сердце рассказом про непутёвого батюшку, Станислав. Хорошо и вдумчиво написано. И нам есть о чём подумать.

Несколько опечаток нашла - поправить бы. Да и запятых не хватает.


В 6 строке должно быть: оказалИсь
7 строка: ИЗ командировки (не С командировки)
Ещё:
-А чего? И расскажу.Мне стыдиТЬся нечего

И др.
     
 

30.07.2011 13:10:31    Станислав Новиков Отправить личное сообщение    
Спасибо Вам,Арома.Теплое,искреннее и сердечное.Кстати,сегодня совершенно случайно натолкнулся на такую вот новость - http://news.mail.ru/society/6447599/
Можно и за совпадение счесть,а по мне так это комментарий Бога нашего:-)
Комментарий изменён: Станислав Новиков - 30 июля 2011 г. в 13:36:24
       

30.07.2011 13:14:28    Ведущая раздела Клубочек в лицах Член Совета магистров Галина Булатова Отправить личное сообщение    
Надо же - день в день! Это не просто совпадение - это УСЛЫШАНО!
       

30.07.2011 13:36:49    Станислав Новиков Отправить личное сообщение    
Мы,православные к таким вот микрочудесам привыкшие:-))))))Уже и не удивляемся даже,а просто радуемся:-))))))))))
       

30.07.2011 07:50:02    Лауреат Ежегодной премии Клубочка Татьяна Лобанова Отправить личное сообщение    
Хороший текст,Станислав,даже замечательный! Можно даже добавить тематику: нравственное,философское.В нашей современной прагматичности и поверхностности поймут ли так тонко о гордыне и о Высшей инстанции? В рассказе много (и очень аккуратно,без наставлений и указаний) нравственных тем затронуто- для работы души и головы, как Вы назвали -инструментов. Отредактировать надо!, к чему сбивать огрехами с главного!В том числе в предпосл. абзаце я бы убрала в первом предл. -с горечью - т.к.в следующем тоже есть и звучит сильнее, потому как-слово. Успехов!
     
 

30.07.2011 13:28:32    Станислав Новиков Отправить личное сообщение    
Анна,искренне и тепло благодарю Вас как за прочтение и за отзывы,так и за то,что они постоянны и постоянно дельные. Насчет добавления тематик.Мне почти всегда хочется добавить именно эти,но как-то неловко становится,ведь это уже заявка на собственную нравственность и философичность.А неловко что-то так откровенно о себе заявлять:-) Мои огрехи это моя уже почти боль... Прошу меня простить.Надеюсь со временем овладеть правилами русского языка в таком совершенстве,что смогу избавить Вас от подобных затруднений.Или там разбогатеть вдребезги и нанять профессиональных корректоров:-)))))))) Пока же еще раз прошу прощения.
       

20.08.2011 21:40:39    Дмитрий Ильин Отправить личное сообщение    
Глубоко, Станислав!
На религиозную тематику только так писать и можно. И должно.
Буду к Вам заходить и вникать - спасибо!
     
 

21.08.2011 14:53:40    Станислав Новиков Отправить личное сообщение    
Благодарю Вас Дмитрий. Очень приятен Ваш отзыв и даже больше того:-) Следует,наверное,уточнить,следующее.Все мое творчество,представленное на нашем сайте,это мое личное видение и отношение,все это придуманные мной истории.А ведь я простой духовно неопытный мирянин не имеющий специального богословского образования,а потому не претендующий на каноническую действительность.Я люблю Бога и церковь,мир вокруг и людей в нем,вот и рождается то,что рождается.Уж и не знаю,можно ли и нужно ли вникать через мое творчество в православие... С другой стороны,я ведь для этого и пишу...И если мои рассказы и поспособствуют кому-то в чем-то,то это будет самый бесценный дар в моей жизни,о котором и думать трепетно.
Еще раз спасибо,Дмитрий и всего Вам светлого.
       

21.08.2011 17:08:35    Дмитрий Ильин Отправить личное сообщение    
Мне тоже, Станислав, - вижу - придётся уточнить... :))
Сейчас очень модно ходить в церковь, соблюдать посты и разговаривать о душе и на Божественные темы. Даже российские правители, вчерашние коммунисты-атеисты, на Пасху стоят со свечками в бумажках и ждут благословения от соплеменного Патриарха. Недавно одна воцерковлённая подружка дала почитать свежий 2-х томник "Флавиан" - бестселлер о судьбе одного священника и его новообращённого приятеля.
Для меня ВСЁ ЭТО - дешёвый пиар, дешёвая попса, дешёвый гламур т.е. хороший бизнес - и ничего больше.
А в Вашем рассказе - живой человек, живущий непростую жизнь и озабоченный своими взаимоотношениями с Богом.
Если по моим стихам и Вашей прозе обнаружатся, надеюсь, точки соприкосновения - буду рад.
А по части богословского образования - не скажу, что много преуспел, но в своё время учился в Славянской академии, первоначально созданной как духовная академия и моего богословского обр. на первое время, думаю, на двоих-троих хватит. :))

с теплом
Комментарий изменён: Дмитрий Ильин - 21 августа 2011 г. в 18:56:53
       

22.08.2011 11:46:52    Станислав Новиков Отправить личное сообщение    
Вот и ладушки тогда:-)Очень приятно,когда воочию видишь,что мое творчество принимается и ощущается читателем,что читающий слышит то,о чем я пытаюсь говорить.Надеюсь,что и остальные мои рассказы,найдут отклик в Вашем сердце.Всего Вам светлого и теплого.
       


Rambler's Top100
Copyright © 2003-2015
clubochek.ru