Клубочек
Стихи Проза Фото Живопись Музыка Конкурсы Кафедра Золотые строки Публикации авторов Форум
О сайте
Контакты Очевидец Клубочек в лицах Поэтический словарь Вопросы и ответы Книга месяца Слава Царствия Твоего
Александр Волынцев

Бремя баранов

    Он любил ее. Говорят, в этом нет ничего противозаконного. Более того, есть специалисты, утверждающие, что это даже естественно для людей. Хотя другие специалисты (коих большинство) убеждают в обратном. Но дело не в том.
    
    * * *
    Каждую ночь он спешил к ней на свидание. Подождите возмущаться. Спешил, потому что любил. Ночью, потому что... А когда же еще?
    Ведь только ночью Луна грустным взглядом ласкает землю, только ночью поют соловьи, только ночью дневная суета погружается в перину черно-белых снов, чтобы, набравшись к утру сил, вновь закружить нас на бешеной карусели привычных глупостей...
    Да-да, вы можете смеяться и называть все это пошлой сентиментальщиной. Пусть. А я называю это жизнью. Не моя вина, если кто-то предпочитает тратить ее на сон...
    Итак, он спешил к ней каждую ночь. Он искал ее каждую ночь. И не находил. Незадолго до рассвета он возвращался домой и в изнеможении падал на постель, чтобы через несколько минут проснуться от рева будильника...
    
    * * *
    Она любила его. Не кричите. Я вас не дурачу. Она действительно его любила. И вовсе она не пряталась. И с другими не гуляла. Не так всё. Она искала его. Всю ночь. Что ж удивляться? Ночи у нас темные, а печальной улыбки Луны хватает только на то, чтобы осветить верхушки деревьев. Все, что ниже, уже теряется во мраке и соловьиных песнях. А уж в окна и вовсе в такую пору, кроме комаров, ничего приличного не попадает... Что ж странного в том, что она не находила его? Довольно того, что она любила и искала.
    Лунные летние ночи умеют шутить. Блики и сумрак играют друг с другом в прятки и сбивают с дороги одиноких прохожих, превращая знакомый путь в до неприличия неизведанный маршрут, бросая под ноги ямы, бревна, а то и целые горные ущелья...
    
    * * *
    Он и она искали друг друга. Уже давно. Так давно, что постепенно стали появляться болельщики. (Знаете, из тех, кто не спит по ночам не из-за романтического устройства организма, а из-за банальной бессонницы). В связи с чем снотворное в аптеках перестало пользоваться спросом, что привело впоследствии к кризису в фармакологии. Но дело не в том.
    Вскоре к «бессоннечным» болельщикам присоединились болельщики из тех, кому со сном приходилось бороться изрядными дозами наикрепчайшего кофе или чая, но любопытство заставляло пить их эти терпкие напитки без сахара и сливок во имя удовлетворения своей страсти, чтобы наутро, зевая и вяло поругиваясь, брести на службу вместе с жертвами бессонницы. И те и другие мечтали о временах, когда все это кончится и они смогут нормально выспаться, но в то же время панически боялись наступления времен, когда все это кончится и они смогут нормально выспаться, потому что те, которые спят по ночам, перестанут расспрашивать этих, неспящих, о последних новостях на амурном фронте и перестанут смотреть с завистливым уважением на героев ночного сафари...
    Он искал ее. И не знал о заботливо-напряженной слежке.
    Она искала его. И не подозревала, что каждый ее шаг известен почти всему городу...
    Что ж, любовь слепа. Порой слепа до предела... А за пределом — прозрение, иногда несущее смерть. И все же любовь стоит того, чтобы ей быть...
    Днем горожане заключали пари: встретятся ли сегодня ночью эти странные «а’ля Монтекки» и «а’ля Капулетти»... Надо ли говорить, что растущее количество проигравших жаждало реванша. Объявлялись долгосрочные кредитные финты, лотереи, займы. В банках появились новые виды вкладов: «Лямур», «Шершеляфам» и почему-то «Дюймовочка». В казино шепотом делались фантастические ставки, своим размером обличавшие ставящих в весьма сомнительной природе доходов...
    
    * * *
    А он и она становились ближе с каждым днем. (Виноват, я хотел сказать: с каждой ночью). В том смысле, что они уже дважды прошли так близко друг от друга, что толпа измученных бессонницей и кофе замерла, прильнув к прицелам фотоаппаратов, но...
    И несколько сотен граждан уволились со своих рабочих мест и кресел, будучи не в состоянии продолжать совмещать напряженные, но осмысленные ночи с не менее напряженными, но абсолютно бессмысленными (как бы рабочими) днями.
    Предприятия, банки, концерны и картели лопались, как симпатичные мыльные пузыри, покрывая вкладчиков, компаньонов, дилеров, брокеров, маклеров и прочих сутенеров слоем едких брызг. Но дело не в том...
    
    * * *
    ...А в том, что эта очередная наступающая ночь была необычной.
    Так потом вспоминали все, кто не спал. И долго любили сказать: «Да, меня еще с вечера томило ощущение, о котором я говорил (говорила) всем, но никто не слушал».
    В эту ночь Луна округлилась (о чем, впрочем, заранее предупреждали все уважающие себя календари). В эту ночь соловьи не пели (о чем, кстати, календари тактично умолчали). В эту ночь притихший воздух не притворялся даже вялым ветром. Беззвучие, неподвижность и лунный свет смешались в пьянящий коктейль, сморивший-таки половину добропорядочных соглядатаев, поборов противоядие кофеиновых стрессов...
    
    * * *
    В эту ночь устоявшие против сна с особым замиранием сердец (или что там у них) влеклись с одной стороны города за ним и с другой стороны — за ней, почти наступая на их тени и подтаивая сладострастным предчувствием, что именно сегодня...
    Она шла своей неслышной походкой, слегка касаясь ногами тверди. Шелест ее платья и серебряный перезвон подвесок единственной симфонией звучали на всю округу. И от этой мелодии располневшая Луна стала еще грустнее...
    Он вдруг остановился, прислушался, осторожно поведя головой, и пошел на звук.
    Слуги своего любопытства, сжав зубы и почти оглохнув от грохота булькающего где-то под горлом кровонасоса, молекулами призраков покатились следом.
    Она с легкостью вспрыгнула на узкий карниз, под которым далеко внизу застыл черный круг озера. Толпа замерла.
    Он, слыша приближающиеся перезвоны, столь же просто оказался на этом карнизе, оставив благожелательных преследователей позади и оскорбляя их увеличивающейся дистанцией...
    
    * * *
    Они шли навстречу друг другу. На этот раз действительно разминуться было невозможно. Их руки встретились.
    И в тот же миг ликующий рев толпы взорвал предутреннюю беззвучность. Залп фотовспышек наотмашь ударил его и ее по закрытым глазам. Он и она проснулись... Да-да, именно так. Так что же с того, что они были лунатиками? И лунатики имеют право на... Но дело не в том. Просто, как известно, не всегда лунатиков можно будить...
    
    * * *
    Утром хозяин кабинета выловил их тела кончиком своего пера, выбранил прислугу и, повелев отныне на ночь накрывать чернильницу листом бумаги, старательно вывел первые строчки своего нового романа: «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему».
    До сих пор можно встретить странное мнение, что он был неплохим писателем...


    

    

Жанр: Новелла
Тематика: Философское


предыдущее  следующее


Напишите свой комментарий.
Тема:
Текст*:
Логин* Пароль*

* - это поле не оставляйте пустым



Rambler's Top100
Copyright © 2003-2015
clubochek.ru