Клубочек
Стихи Проза Фото Живопись Музыка Конкурсы Кафедра Золотые строки Публикации авторов Форум
О сайте
Контакты Очевидец Клубочек в лицах Поэтический словарь Вопросы и ответы Книга месяца Слава Царствия Твоего
Главная - Проза - Уваркина Ольга - Маленький цветок
Уваркина Ольга

Маленький цветок

    
    
    Сорокапятилетний вор-рецидивист Лёнька Сотников по кличке Хеча тихо умирал от побоев летней ночью на берегу родного Дона.
    Лёнька глухо стонал от боли, не пытаясь позвать на помощь ( воровская гордость не позволяла ему сделать это), а впрочем, и жить-то ему уже не очень хотелось по другой причине: Лёнька знал, что обречён (врачи зря болтать не будут).Ему по их прогнозам оставалось “коптить “ этот свет недолго: месяца три-четыре.
    
    Этот день не предвещал Лёньке ничего плохого. Стояла июльская жара, от которой тень в саду была единственным спасеньем. Вечером жара спала, вода за день нагрелась, как парное молоко, и Лёнька решил сходить на Дон искупнуться. На берегу сидела компания парней, все кроме одного (это был Лёнькин сосед по дому) были приезжие. По-видимому, ребята уже успели “набраться”, лица у них были хмельные, красные, ребята громко о чем-то спорили. Из стоявшего на траве транзисторного радиоприемника доносилась негромкая джазовая музыка. Лёнька сдержанно поздоровался, разделся и бултыхнулся в воду. Накупавшись вдоволь и полежав на спинке, Лёнька вышел на берег. Ребята в это время все разом, дружной ватагой кинулись в воду. Вот тут-то Лёнька и услышал её, эту мелодию, от которой сразу защемило сердце, засосало где-то под “ложечкой”, наверное, там, где должна находиться душа. Эх, будь она неладна! Нахлынули откуда-то издалека воспоминания, которые Лёнька уже давно запрятал глубоко-глубоко, навсегда стараясь забыть…
    
    Москва. 1962 год. Он, Лёнька Хеча, молодой, озорной парень вернулся домой после первой трехлетней “отсидки”. Жизнь в нем била ключом: хотелось радоваться, петь и буянить одновременно, а ещё хотелось любить, любить по-настоящему, как в кино и чтоб - с музыкой. Далеко за счастьем идти не пришлось. Шестнадцатилетняя Галка, первая Лёнькина любовь, жила совсем рядом, в соседнем подъезде их “хрущёвки” со старшей сестрой и матерью – алкоголичкой. Худенькая, черноглазая и такая же озорная, как и сам Лёнька, Галка покорила сердце молодого вора.
    Изголодавшийся по живому теплу женской плоти, он со всем своим неуемным темпераментом ворвался в страну Любви и закружило голову … Вот тогда, впервые Лёнька услышал эту мелодию...
    Она выплывала откуда-то из - под иглы плавно вращающейся грампластинки и, медленно вливаясь в душу и обволакивая ее, заставляла страдать, жалеть, радоваться, выворачивать наизнанку все лучшее и светлое, что было в ней, этой самой душе. Мелодия звучала в резонанс с Лёнькиным сердцем, переполненным чувством первой любви. Была в те годы и другая музыка: модный джаз и буйный рок-н-ролл с его непременными атрибутами взбитым коком и брюками “дудочки”. Всё было, но не оставило такого следа в Лёнькиной душе, как этот “Маленький цветок”.
    Галка перешла жить к Лёньке. Счастье их не было долгим, так как через полгода Лёнька снова пошел по этапу. Воровской мир с его “корешами” и моралью с ловкостью спрута потащил Хечу в свой омут. Мать потом отписала на зону, что Галка как-то слишком быстро выскочила замуж и уехала из Москвы далеко, на Север. С тех пор прошло очень много лет, и Ленька больше так и не увидел Галку и не слышал “Маленький цветок”, казалось, уже забыл и, вот теперь, услышав мелодию, все вспомнилось вновь, и на душе потеплело, оттаяло…
    Пока Лёнька одевался, любимая мелодия отзвучала, начали передавать новости дня. Снова стало буднично - пусто, надо было уходить с берега, но что-то мешало Лёньке сдвинуться с места. Он не сразу понял: что? А потом догадался. С его взглядами и практикой опытного вора это казалось безумием, невероятной детской шалостью, выходкой десятилетнего пацана. Он знал, что будет замечен, не одна пара глаз увидит его, выследит и бежать ему некуда, но рука “мастера”, все же, потянулась к вожделенному транзистору...Душа требовала “продолжения банкета”. Лёнька выключил приёмник, стараясь не смотреть в сторону купающихся парней, незаметно запихнул его под мышку, накинул рубаху и, словно прогуливаясь, не спеша, направился в сторону прибрежного кустарника. Там надеялся отсидеться до полной темноты.
    До кустарника Лёньке дойти не пришлось. “Эй, мужик, постой!”- услышал он сзади. Лёнька остановился, обернулся с простодушной улыбкой, которая много раз выручала его из переделок. Крепкий, “набычившийся” парень не принял улыбку и тихо, но с ненавистью в голосе произнес: ” Поставь на место, что взял” и толкнул Лёньку. Тот пошатнулся... Приемник выпал из-под руки. Ещё два крепких удара с маху придавили Лёньку к земле... А, что было дальше, он уже плохо помнил. Удары сыпались, как камни: по голове, по спине, по почкам (парень умел бить). Вид самой крови только распалял его мозги и мышцы, разгоряченные спиртным. Лёнька потерял сознание.
    Когда он очнулся, темное небо было усыпано звездами, на берегу никого не было. Стояла тишина. Впрочем, Лёнька уже ничего не слышал, голова гудела, отбитые легкие с трудом ловили воздух. “Ну, вот и доигрался. “повелся,” как пацан на пряник”, - мелькнула мысль. А может так оно и лучше. Чего уж, теперь- то, личину менять. Вором родился – вором и умирать надо”…
    Родился Лёнька здесь, на Дону, в небольшой деревеньке в декабре 1943 –го. Мать его Вера, красивая ядреная 18 летняя дивчина, про таких красавиц говорят: “кровь с молоком”, закрутила любовь с солдатиком, пареньком из Сибири. Часть, в которой служил паренек, была расквартирована в деревне, где жила Вера, а молодой солдатик, как нетрудно догадаться - прямо в ее доме. Сибиряк был честным парнем, обещал вернуться с фронта и, как положено, жениться, но не суждено было сбыться обещанию (шла война). Вера так и не узнала: погиб ее жених или просто передумал брать её в жёны. Фактом любви и несбывшихся надежд стало появление на свет Лёньки, а отчество Вера записала ему по отцу-бойцу - Иванович.
    
    В те военные и послевоенные годы в России было много “детей войны”, никогда не видевших и не знавших своих настоящих отцов, а потому, подрастая, Лёнька не задавал банального детского вопроса по поводу своего рождения. Много позже, ему сказали, что отец погиб на фронте. В 1952 году Вера, оставив Лёньку на попечение своих родителей, уехала в Москву на заработки, устроилась в литейный цех завода “Компрессор” и получила место в общежитии. Там Вера и познакомилась с красивым стройным парнем, на 5 лет моложе ее. Звали молодого человека непривычным для слуха именем – Гигель. Он был безродным польским евреем. Безродным потому, что не осталось у парня на всем белом свете ни одной родной души, вся многочисленная родня погибла в результате массового истребления фашистами еврейского населения. Каким-то непостижимым Божьим промыслом 10-летний Гигель был спасен от ужаса геноцида и вывезен из оккупированной Польши на территорию Советского Союза. Когда много позже Гигеля спрашивали об этом периоде его жизни, его красивые “бархатные” глаза подергивались влагой, и минуту помолчав, он неизменно отвечал примерно так: ” Простите. Я не могу говорить и вспоминать об этом, боюсь, что сердце не выдержит”.
    Вскоре Вера и Гигель поженились, и Вера стала звать мужа ласково: Гриша, сглаживая согласную “Г” на малороссийский манер. Лёньку забрали из деревни в Москву, а Вера второй раз стала матерью: в семье родилась девочка. Ленька, впервые увидев столицу в 10-летнем возрасте, привыкший к деревенской свободе, безо всяких условностей и правил, долго не мог освоиться с городским бытом. Точно также было и в его отношениях с отчимом. Несмотря на то, что Гриша был добрым, уравновешенным и терпеливым человеком, Лёньке он, почему-то, не пришелся по душе, возможно, из – за мягкости характера. Он не называл Гришу отцом и всячески избегал общения с ним. Сейчас можно только гадать, что было причиной такого нетерпения: сыновняя ревность к матери или другое представление об отце, но всё закончилось тем, что Лёнька сбежал из дома. Нашли его через месяц, голодного и оборванного. Мать кричала и плакала, а Гриша молчал и жалел пасынка. Не помогло ни то и ни другое.
    Теперь жизнь Лёньки превратилась в сплошные походы: до 14 лет он пять или шесть раз убегал из дома, а потом связался с местной шпаной во дворе, совершил кражу и сел на три года.
    
    После второго срока Лёнька решил жениться. Невестой, а затем и женой стала Люба из соседнего дома ( за счастьем Хеча далеко не бегал). Новорожденного сына Лёньке увидеть не пришлось: посадили в третий раз, на 7 лет за групповое ограбление квартиры.
    
    Из тюрем Лёнька всегда возвращался с неизменно “богатым багажом”: он привозил массу карточных игр, шулерских приемов, рассказов и смешных анекдотов, кстати, и рассказчиком был отменным. Всякий раз, повествуя какую-нибудь историю, заразительно и по-детски, смеялся сам.
    В Москву Лёньку уже не прописывали, работать он не хотел (не позволял ”устав”), пришлось уезжать на родину, на Дон. Бабка была ещё жива, она и кормила непутевого внука, до тех пор, пока не сошелся тот с одинокой женщиной - Зиной, жившей по соседству. Иногда Лёнька, дабы не забывалось ремесло, совершал вылазки в районный городок: на вокзал или в магазины, где было, чем поживиться. Товар сбывал там же в городке или что-то привозил домой в подарок Зине. Бывало, ходил “по самому краю”, но всегда выручала его неизменная, открытая улыбка, излучающая доверчивость и расположение к людям. Зина догадывалась о Лёнькиных “подработках”, но молчала, избегая огласки и скандалов.
    Так продолжалось по последней весны. Лёнька вдруг стал серьёзно недомогать, пожелтел лицом, осунулся (аукнулись годы фартовой жизни), потом появились слабость и ноющая боль в подреберье. Диагноз оказался смертельным, врачи не сочли нужным скрывать правду.
    
    Уже перед самым концом, Лёньке, скорченному на траве в предсмертной агонии, привиделось, что стоит перед ним Галка в белом платье-клёш, по давно забытой моде и держит на руках младенца – мальчика. Хочется Лёньке крикнуть: ” Галка, родная! Это же сын мой, наш!”, но с хрипом на выдохе прошептал только одно слово: “Маленький…”.
    
    
    “Маленький цветок” – мелодия, написанная американским саксофонистом Беше Сидни в 1954 году, была необычайно популярна в бывшем СССР в начале 60-х годов прошлого столетия.
    
    2005 г. Опубликовано в альманахе "Неизвестная Россия" № 2 2006 год.
    
    


    

    

Жанр: Рассказ


© Copyright: Уваркина Ольга, 2010

предыдущее  следующее


Напишите свой комментарий.
Тема:
Текст*:
Логин* Пароль*

* - это поле не оставляйте пустым

08.11.2010 10:53:08    Светлана d Ash Отправить личное сообщение    
Ольга Александровна, благодарю Вас. Мне очень понравилось...
     
 

08.11.2010 12:31:41    Член Совета магистров Уваркина Ольга Отправить личное сообщение    
Спасибо, Светлана! Я каждый раз, возвращаясь к этому рассказу, делаю правки. Думаю, что и эти не последние.
       

08.11.2010 16:07:31    Марина Ершова Отправить личное сообщение    
Уважаемая Ольга! Ваш рассказ трогает . Люблю, когда о Маленьком человеке высоко написано. Как-то это Важно для меня. Марина Ершова
     
 

08.11.2010 16:18:29    Член Совета магистров Уваркина Ольга Отправить личное сообщение    
Марина! Я Вас благодарю за отзыв. Рассказ написан в память о людях, с которыми жила вместе в одном доме в период моего детства и юности. Все геои -лица не вымышленные. Может быть, потому и хотелось написать о них, живо и без прикрас... такя. как запомнились...
С тепллом. Ольга.
       

08.11.2010 16:37:30    Марина Ершова Отправить личное сообщение    
Да, Ольга, это чувствуется, что люди были Вам дороги. Тогда и читателю (мне) они дороги, если удалось хорошо написать. Вам удалось, по-моему. У меня тоже есть подобный рассказ о дорогих людях - соседях. Если найдете время - прочтите, пожалуйста. Называется "Прольется теплый свет".
       

08.11.2010 20:57:44    Смирнова Галина Ефимовна Отправить личное сообщение    
Оля! Очень интересный рассказ, так и просится на экран, Все так описано, что легко представить и героев, и фон. "Маленький цветок" звучит, белое платье развевается на ветру. Сколько всяких мыслей и чувств пробудил твой рассказ.
     
 

08.11.2010 21:10:02    Член Совета магистров Уваркина Ольга Отправить личное сообщение    
Галя! Прообразом Лёньки Хечи стал брат моей школьной подруги Надежды. Всё , чем богата память, оказалось в этом рассказе. Конечно, некоторые моменты вымышлены (без этого - как?)). А в основном ,как было в жизни... Помню, парень Лёнька был весёлый, не смотря на то, что жизнь его здорово побила, но совсем "без стержня"...
       

09.11.2010 09:47:51    Смирнова Галина Ефимовна Отправить личное сообщение    
Не на что в себе Леньке было опереться. Трудно себя идентифицировать. Понесло ветром. Но искра Божья есть в каждом. Лёнькина искра вспыхивала от щемящих звуков саксофона и расцветала в душе маленьким цветком. Это удивительно точно описано, как чувствует человек свою душу, разворачивающуюся к свету, наполняющуюся светом любви. Сам Лёнька остаётся в памяти, как так и не повзрослевший ребёнок, маленький цветок от случайно кем-то брошеного семени, появившийся не ко времени, пробивающийся к солнцу, к свету, да так и не расцветший на студеном ветру.
     
 

Главная - Проза - Уваркина Ольга - Маленький цветок

Rambler's Top100
Copyright © 2003-2015
clubochek.ru