Клубочек
Стихи Проза Фото Живопись Музыка Конкурсы Кафедра Золотые строки Публикации авторов Форум
О сайте
Контакты Очевидец Клубочек в лицах Поэтический словарь Вопросы и ответы Книга месяца Слава Царствия Твоего
Александр Кожейкин

Мудрый Ахмед

    Путевые заметки
    
    В верхнем течении реки Адай-Су есть места, подаренные Богом людям. А как иначе сказать о них? Выйдешь утром из палатки, поеживаясь от утренней свежести – сентябрь на высоте тысяча метров над уровнем моря от сентября средней полосы России почти не отличается – и застынешь, как капля росы на можжевельнике, в изумлении. Солнце поднялось, раскрасило все вокруг, в водопаде радуга купается. Поворачивается и так, и этак, переливается, улыбается, кокетничает с солнышком.
    У нашего туристского лагеря поблизости протекает другая горная речка – Чегем – с водой молочного цвета, а воды Адай-Су и после водопада хрустальные. Отчего так, непонятно. Направиться мне что ли туда?
    Почему нет? Пойду. Время есть. Бритвенные принадлежности, мыло и прочее в походе всегда наготове в одном полиэтиленовом пакете Полотенце на плечо – и айда. Собака – стаффордширский терьер Бусидо – увязывается немедленно со мной. Кличку его так просто на русский язык не перевести, ведь в этом слове заключен целый свод понятий о чести и достоинстве, одним словом, сути жизненного пути настоящего японского воина. Но не о собаке речь, это так, к слову пришлось.
    Путь до водопада не длинный и не короткий. По асфальту мне его пройти за такой надобностью, как умыться, точно не захотелось бы, а по лесу кавказского высокогорья – с большим моим удовольствием. Легко распознаю среди деревьев дуб и знакомый, но более мощный тут клён, акацию встречаю по одёжке – но на Кавказе это толстое дерево, а не куст, как у нас, на Южном Урале. Пихта, сосна и кавказская ель от наших деревьев-аналогов отличаются совсем незначительно.
    Показали мне знатоки местной флоры каштан, граб, бук, кизил и алычу. Деревья интересные, экзотические, со своим лицом. Есть в каждом свой особый шарм. Хотя не родные какие-то. Иду дальше. На траве открывшейся полянки примечаю овечий помёт и коровьи лепёшки – видно, совсем недавно прошло тут стадо, но поблизости его не видно, и поведением чуткой собаки это подтверждается.
    Водопады бывают всякие. Иные сразу яростно бросаются вниз на камни. Точно самоубийцы, желающие свести счёты с жизнью. А водопад реки Адай-Су не таков. Он как будто сначала разбегается, как легкоатлет при прыжке в длину, желая прыгнуть подальше. Только водопад к тому же мечтает и приземлиться помягче. Оттого попадает туда, где выбита в камне большая ванна. А потому падает мягко, не злобно. При желании можно протиснуться вдоль скалы и, прижавшись к ней спиной, стоять за падающей сверху стеной воды, ощущая гудящую мощь искрящихся потоков.
    Сбрасываю куртку, футболку и с удовольствием умываюсь по пояс ледяной водой с гор. Горячая вода в походе греется для пищи и чая, но я привык бриться такой. Благо есть небольшое зеркальце в пластмассовой коробочке для бритья.
    Вдруг собака заволновалась, насторожилась и, коротко гавкнув, хотела было побежать за уступ скалы, как в тот же самый момент из-за поворота ущелья реки вышел немолодой горец с двумя пустыми десятилитровыми полиэтиленовыми бутылями.
    Отозвав обученного пса, приветливо поздоровался первым, как принято:
    – Салам алейкум!
    Балкарец приветливо улыбнулся мне:
    ¬– Алейкум салам! И добавил:
    – Мир тебе, уважаемый! Зачем тут умываешься? Рядом живу. Пойдём в мой дом! Горячая вода есть, электричество есть.
    Догадываюсь, что желтый дом, который я миновал по пути к водопаду, это дом горца. Но вежливо отказываюсь:
    – Спасибо тебе, добрый человек!
    Как объяснить, что привело меня сюда? Отчего не умылся в Чегеме? Обвёл взглядом студеные струи, поднял свободную от бритвы руку к уступу:
    – Красиво тут!
    Горец меня понял. Осмотрел, будто заметил что-то новое в давно привычном пейзаже, затем степенно согласился.
    – Очень красиво, дорогой, да. Все говорят.
    И после добавил:
    – Где остановились, уважаемый? Долго тут пробудете?
    Я махнул рукой по направлению к нашему лагерю, и мой собеседник хорошо меня понял. Ведь ровных площадок для палаток у Чегема было не так много. Пояснил, что планируем уже этим вечером двигаться выше в горы, по направлению к Эльбрусу.
    – Есть мыло у тебя? – поинтересовался горец.
    Я кивнул на полиэтиленовый мешок:
    – Конечно.
    – Меня Ахмед зовут, – представился горец.
    Я назвал себя и продолжил бритьё второй щеки. Ахмед сбросил футболку и с наслаждением подставил свою загорелую спину и коротко стриженую поседевшую голову под ледяные струи водопада. Потом намылил волосы и с явным удовольствием смыл пену. Умывшись, зачерпнул пригоршней воду раз, другой. А потом наполнил полиэтиленовые бутыли.
    – Скважина дома у меня есть. Да! Но эта вода вкуснее. Она чистая. С ледника течет. Там, наверху, ни городов, ни сел, ни заводов нет, – пояснил Ахмед.
    Он протянул мыльницу и добавил:
    – Спасибо, выручил. Теперь ты обязательно должен зайти ко мне. Будешь гостем. А я хочу угостить тебя.
    Смешной повод! Ахмед пригласил в дом на удивление простодушно. Невозможно обидеть горца отказом!
    Мы спустились по ущелью Адай-Су вниз и свернули к желтому дому. Бусидо покосился на две огромные цепи в разных концах большого двора, а я обратил внимание на два котлована глубиной примерно по полтора метра каждый. К ним вел канал, выложенный местным камнем.
    – Хорошо, мои обе собаки уже погнали овец и коров на пастбище. А то разорвали бы твоего пса, – сказал Ахмед, – вечером они пригонят стадо назад.
    – Такие умные?
    – Да. Кавказские овчарки – хорошие пастухи. Но когда надо переместить скот на другой выпас, показываю им.
    – Строю два бассейна, – объяснил горец, заметив мое внимание к развернувшемуся строительству, – хочу направить часть воды водопада в эти бассейны. Подогрев буду делать, освещение. Э, приезжай через год, дорогой, не узнаешь. Заходи в дом, пожалуйста.
     Я сбросил обувь, несмотря на предостерегающий жест хозяина, который указал направо и повернул на мужскую половину, поздоровавшись с немолодой женщиной, мелькнувшей в двери комнаты левой половины.
    – Садись на диван, гостем будешь, – показал на обычный диван «раскладушкой» Ахмед, – семечко растения к свету тянется. А человек – к человеку. Хочешь вина? От родственников привёз, вино урожая прошлого года, хорошее. Сам не пью. Коран не позволяет.
    Я вежливо отказался от вина.
    – Вот и правильно, – одобрил горец, – слышал в Нальчике русскую поговорку: « С утра выпил – весь день свободен».
    – Какая же это русская пословица? – улыбнулся я, – это юмор такой, своеобразный, совсем современный. И алкоголиков среди всех народов хватает. У вас меньше, так.
    – Согласен, уважаемый, извини, – согласился Ахмед, – тогда вот айран.
    Он налил мне большой бокал из высокого глиняного кувшина, который извлек из стоящего в комнате большого холодильника. Похвалив напиток, более густой и ароматный, чем привычный кефир, и обратив внимание на скромную обстановку в комнате, я не удержался от вопроса:
    – Ты, наверное, богатый человек, Ахмед? Собираешься столько строить…
    Ахмед прищурился и хитро улыбнулся:
    – У нас как говорят: реке без притоков не быть, а человеку – без друзей. Друг помогает мне хороший из Нальчика. Дети тоже вносят свой вклад. Дочь замуж вышла, в Москве живёт. Другая – в соседнем селе. Без хлопот человек не проживёт. А без труда сыт не будешь. Наш народ веками боролся с самой природой. Но эта же природа помогла балкарцам осесть в горных ущельях, независимость сохранить. Так у нас издавна повелось – сегодня мне друг помогает, завтра я ему. Малое дело можно в одиночку осилить. А большое – только сообща.
    Расспросив про жизнь на Урале, особенно про отношение к верующим, православным и мусульманам, Ахмед сказал:
    – Это правильно, что строят и церкви, и мечети. Даже синагога, говоришь, есть? Хорошо. Бог один. И заповеди у него одни. Я так тебе скажу, добрый человек, если сосед спокоен – и тебе спокойно, да? Глупо ссориться. Э, какую страну порушили! Вай! Мне в соседнем селе аксакал что сказал: неуч одну жизнь живёт, умный человек – тысячу жизней – в разных книгах. Неужели у таких мудрых людей нельзя было спросить? Какую войну вместе выстояли, да?
    Сообразив, что Ахмед, скорее всего, имеет в виду позорное Беловежское соглашение, я согласился.
    – Вот я внуку говорю, – продолжал Ахмед, – на руке разные пальцы, а вместе они сильны в кулаке. А теперь как будто нет нескольких пальцев на руках. Оттого и сила не та. Так? Вот рядом совсем – Чечня, Дагестан, война. Много зла там творится. Мудрые люди говорят: злобой ничего не достигнешь. Обидишь львенка сегодня – берегись всю жизнь. Львенок вырастет – львом станет. Злоба – оружие невежды.
    Заметив, что мой бокал пуст, Ахмед потянулся было к кувшину, но поинтересовался:
    – А может, ты чаю хочешь?
    Я кивнул. Спустя пять минут пили мы чай, вкусный, с травами, неизвестными мне, душистыми, как на лугах вокруг Адай-Су. По словам хозяина, он лично собирал травки эти высоко в горах.
    Ахмед внимательно смотрел на меня, словно ожидая продолжения разговора про затянутый туже некуда кавказский узел, Он думал, гость станет возражать или спорить, а я ловил себя на мысли, что согласен со всем прозвучавшим. «Узда человека – разум». Так говорят на Востоке, и я этим трудно не согласиться.
    Вот если бы к словам таких простых, но мудрых горцев, как Ахмед, своевременно прислушивались те, кто определяет политику…
    
    
    Сентябрь – октябрь 2009 г.
    Кабардино-Балкария – г. Челябинск.
    
    
    


    

    

Жанр: Мемуары, дневники
Тематика: Не относится к перечисленному


предыдущее  следующее


Напишите свой комментарий.
Тема:
Текст*:
Логин* Пароль*

* - это поле не оставляйте пустым

22.10.2009 13:51:16    Ира Арт Отправить личное сообщение    
Лёгкий слог, читается на одном дыхании... И застывшая в изумлении роса бывает, конечно :) Просто человек не понимает, что всё вокруг нас одушевлено, наполненно божественным духом, а значит - живо. И всё доступно живой душе природы - и изумление, и радость, и отчаянье... Это не мистика, это способ осмысления и восприятия мира... так я думаю. И вот мои стихи часто называют с элементами мистики... а вчитайся, - нет в них мистики - просто живая природа :)
     
 

22.10.2009 13:59:59    Александр Кожейкин Отправить личное сообщение    
Да, да, именно.
Он не может понять: мы видим то, что он не способен.
Такие люди тупы во всем - от работы до любви, они не способны раскрасить мир. Он у них серый, и если мы его серым не видим, они недоумевают.

Спасибо тебе, Королевка!
       


Rambler's Top100
Copyright © 2003-2015
clubochek.ru