Клубочек
Стихи Проза Фото Живопись Музыка Конкурсы Кафедра Золотые строки Публикации авторов Форум
О сайте
Контакты Очевидец Клубочек в лицах Поэтический словарь Вопросы и ответы Книга месяца Слава Царствия Твоего
Игорь Сироткин

Рождение.

    Узор на обоях упрямо повторяет себя, живо приближается к глазам, раздваивается, становится чуть-чуть прозрачным, приумножается. Когда-нибудь Он войдёт в него, ну а пока… Пока Он будет сидеть и повторять: узор. Узор.
    На столике в прихожей белеет телефон. Какой до странности белый телефон…
    Можно пройти из прихожей в кухню, можно – из кухни обратно в зал через прихожую. Это всё обычно и необычно странно. Разница между «обычно» и «необычно» так тонка и трудноуловима, что проще вообще отказаться от слов. Отказаться от слов. Маршрут известен. Можно покинуть квартиру и пойти по лабиринтам города, но от этого ничего не изменится. Лабиринты города – лабиринты страха, бешеных неуклюжих скоростей на месте и физического страдания. Будут вращаться колечки в голове, и будет водить по кругу извечный лабиринт линий, чёрточек, которые меняются местами. Но фигура остаётся фигурой, как бы она ни называлась. Узоры на обоях и на ковре; и где-то ещё какие-то заметные или малозаметные узоры.
    Слово остаётся словом, поворачивай его так или этак, так или этак поворачивай пропитанную, схваченную словом реальность.
    Ум держит, но не отпускает.
    Звонит белый телефон, в другом конце трубки звучит голос какого-то из Его родственников. Слова рождаются легко, отражают, повторяют сами себя, цветным фейерверком разлетаются в пространстве.
    О чём они успели сказать? Он ничего не слушал, но Он что-то запомнил. Мимо, мимо!
    Он ступает в собственные следы, запоминает, отрабатывает маршрут.
    
    * * *
    Вечер, странный город, разбросанные по цветным, пёстрым полям, фигуры.
    Шелестят, накладываются слоями звуки. Он ещё здесь, на том же самом балконе.
    Густо и живо пенится в кружке пиво, но где-то там, в середине, коричневая поверхность хранит отражение.
    Он слышит, как бряцают двери автомобилей под домом, как что-то щёлкнуло прямо в его комнате, щёлкнуло так незначительно, что совсем не стоит придавать этому значение. Он даже слышит, что где-то капает из крана вода в его кухне.
    В это время сосед по подъезду уверенно поднимается по лестнице с дрелью в руке, смачно шлёпает ногами по ступенькам… Где-то щёлкают каблуками две подруги, идут мимо дома, но сами из соседнего. Сейчас стук каблучков достиг своего пика и начинает постепенно затихать… Сосед уже зашёл в свою квартиру, ремонтом которой он занимался… Что-то подвинул и подправил, глянул и подумал. И подошёл к стене, чтобы продолжить вчера прерванную работу.
    - Др-р-р-р-р-р-р-р-р, - неожиданно ворвался звук в чистое сознание, сквозь которое мирно проплывали чьи-то мысли
    - Дж-ж-р-р-р-р-р, - неожиданно заработал холодильник одновременно, звуки свертелись друг с другом и вихрем-воронкой ворвались в его сознание.
    
    * * *
    - Мы бы не советовали тебе возвращаться на Землю прямо сейчас… это будет достаточно сложно.
    - Но ведь рисковать мне, в конечном итоге, нечем.
    - М-да, рисковать тебе, может быть, и нечем. – Мастер задумчиво оглянулся на Него, потом посмотрел на огонь в камине. Конечно, здесь было хорошо, и сидеть, бесконечно-конечно-конечно долго сидеть, глядя на огонь, чувствуя себя дома и навсегда…. Но опыт показывал, что невозвращенные долги могут испортить самый тёплый уют… если тебе уже осталось совсем чуть-чуть.
    Мастер снова обернулся, взглянул на монитор ноутбука. Совершенно механически взглянул на монитор ноутбука и Он. Перед глазами выросли серебристые небоскрёбы современного города. Мастер водил мышкой по ковру, а его серебристые искрящиеся волосы нависли над монитором. Они вместе оглядели современный город, который Он даже пытался узнать: скользили, копошились, искрились потоки машин и людей. Совершенно неожиданно Мастер навёл экран снова на серебристые небоскрёбы, но вместо них уже клубились огненным фейерверком, дымились огненной плазмой оглушающие, опустошающие взрывы… Ему было интересно, Он пытался проникнуть в монитор, услышать вибрацию погибающих людей… Но Мастер безразлично отвернулся от монитора.
    - Вот что сейчас происходит на Земле. Такие незатейливые игры благодаря и нашим стараниям, но без них не обойтись… Кстати, в этом участвовал и Сатурн. Взрывы ядерного реактора, по-моему, ты уже видел.
    - Видел. Но не это же является причиной….
    - Да ничто не является причиной. Просто на время Раскачки большинство посвящённых отдыхают, вот по традиции предлагаем и тебе. С другой стороны, ты можешь сразу махнуть высоко, если вернёшься и поиграешь прямо сейчас… Естественно, это будет довольно непросто.
    - А я смогу прямо сейчас отыграть все долги?
    - Если не наберёшь новых, - весело засмеялся Мастер, осыпая их обоих ворохом серебристых звёздочек. - Если так хочешь вернуться - решим вместе с Сатурном, каким образом тебе полностью отыграться.
    Они откинулись в креслах, сделали по глотку кофе и начали внимательно смотреть в огонь. Очень скоро вся комната начала легко вращаться, огонь сливался в концентрические круги, и сливались в круги звёздочки, сыпавшиеся из волос Мастера, который уже разговаривал с Сатурном.
    Спустя неопределенный отрезок времени зал остановился, хрустальные двустворчатые двери отворились, и к ним влетел Сатурн, тут же приняв облик молодого человека с такими же, как у Мастера, золотыми волосами, но намного короче.
    - Вам нет покоя и отдыха в такой прекрасный вечер… Но я так и знал. Последние два раза ты уже разбежался так, что не можешь остановиться. Наверное, это хорошо.
    - Я сделал всё возможное, чтобы продлить каникулы, - Мастер переглянулся с Сатурном, и они засмеялись, чего понять Он в данный момент не мог.
    - Мы должны решить, что на этот раз можно отыграть. Посмотрим, что было в последних два раза. Позапрошлый – мощный и смелый рывок, но до знаний далеко, даже вера – какие-то смутные намёки на Солнце… И слишком много сокрушительных ударов по телу. За такую короткую жизнь что-то вспомнить – физически невозможно.
    - Именно физически, – улыбнулся Мастер.
    - Ты погиб в автокатастрофе - и сам момент упустил, хотя много думал об этом и мог бы не упустить. Сыграно красиво, но слишком безграмотно. На этот раз придётся чуть-чуть доиграть уважение к времени и телу… второй раз ты это чуть-чуть не доиграл, хотя… Предлагаю родиться в довольно антисанитарных условиях, в отличие от последнего раза.
    - Это как понимать?
    - На природе, в сельской местности, но без удобств. Как раз перед последней смертью в Швейцарии ты хотел купить особняк в красивом месте, но не успел. Потом, в процессе, сведёшь воедино удобства и возможность жизни в красивом уголке, но перегоришь немного в городе. Тем более что там у тебя будут свои задачи.
    - Идёт.
    - Последний раз ты родился в семье верующих людей, но твой личный уровень веры остался ортодоксальным… Ты был художником, но почти не задумывался о Боге, сейчас родишься в кругу людей- атеистов и людей смутно верующих, чтобы придти к вере и знанию через собственный жизненный опыт. Это тебе будет полезно.
    - Это просто замечательно, хотя я пока и не представляю себе, как можно придти к знанию раньше физической смерти.
    Мастер и Сатурн тут же засмеялись, и Он уважительно замолчал. А Сатурн продолжал.
    - Последний раз, когда ты жил в Швейцарии, ты был достаточно богатым человеком, но всю жизнь боялся вкладывать деньги в развитие искусства и сам мучился из-за этого. Собирал коллекцию картин осторожно, хотя был художником, но бизнес бросить не мог, беспокоился по поводу денег. И всё чему-то не доверял. Предлагаю тебе отыграть должок и научиться не беспокоиться по их поводу.
    - Всю жизнь быть бедным художником и жить в подвале? – улыбнулся Он, так как привычное чувство неповторимости и загадочности нового путешествия уже втягивало мощной воронкой.
    - Предположим, не так жестоко. В позапрошлый раз ты уже побыл бедным музыкантом. Однако предлагаем родиться в материальной бедности и быть наделённым мощным талантом. В прошлый раз ты, наделённый талантом и имея деньги, боялся посвятить себя искусству - значит, сейчас завяжем крепкий узелок: ты будешь талантлив и беден, но все твои попытки заработать деньги будут проваливаться с треском, тебя будут увольнять с работ и т.д. В итоге у тебя не будет оставаться другого выбора, как работать в любых условиях… Да и родишься ты в таком месте, где денег почти никто и не зарабатывает. Что за место – секрет, но мало не покажется (Мастер с Сатурном загадочно переглянулись). Естественно, когда поймёшь узелок, ситуация начнёт меняться, всё своё швейцарское богатство ты потом отыграешь только искусством, но на начальном этапе будет очень тяжело. Зато чисто.
    - Давайте, давайте, - согласился Он, подхваченный каким-то безудержным чувством силы и риска. Естественно, он помнил, что всегда вернётся, но помнил и том, что узелки бывают такие, что-о-о-о... не справившись с задачей, приходится отдыхать через самоубийство.
    - Место по традиции оставим в секрете?
    - Как скажешь.
    - О`к!
    - Есть ещё один противный должок, связанный с матерью и твоим отчасти материалистическим мировоззрением в Швейцарии. Несколько раз ты угрожал маме самоубийством в порывах своих противоречий, хотя она была совершенно ни в чём не виновата. Но при этом ты боялся сумасшествия и с презрением относился к умалишённым. На этот раз твоя мать в какой-то момент начнёт страдать психическим заболеванием, у неё будут попытки самоубийства, придётся пожить с ней.
    - Ух, как всего много. Но ведь я получу какой-нибудь талант?
    - Можешь взять меньше.
    - Нет-нет, я чувствую, что на этот раз должен отыграть все долги.
    Мастер и Сатурн переглянулись.
    - Талант у тебя уже заработан априори, глупый вопрос, можешь выбрать сам.
    - Рекомендую тебе литературу: музыка и живопись были. Да и в тех условиях, где ты родишься, это будет просто классная игра. Дело уже даже не в долгах – там литературой никто не зарабатывает, а мы тебе не оставим выбора!
    - Ух! Ради классной игры готов на всё. Но я хочу сейчас полюбить единственную женщину и пойти с ней.
    - Пора, так как во время своих прошлых жизней ты мудрил, менял женщин, представлял себе, будто с ними здесь встретишься. Уверял себя, что любовь приходит и уходит… и это было совершенно правильно тогда. Однако ни разу начисто не дошёл до простой истины: только верность и терпение в ожидании принесут настоящую любовь. Хотя ты и говорил и пел об этом, но парадоксальным образом ставил искусство превыше любви к женщине. Ставя что-то превыше другого, всегда попадаешь мимо. Хотя именно так продолжают поступать на Земле люди твоих кругов.
    - У нас будут дети?
    - Вопрос сложный. В последний раз в Швейцарии ты пришёл к выводу, что семья мешает тебе заниматься искусством и бизнесом, а также к выводу, что вы с женой не подходите друг другу. Так вот и произошёл развод, а ты утешал себя тем, что хорошо снабжаешь семью деньгами. Чтобы отыграться, тебе придётся расти без отца, растить ребёнка и заниматься только искусством в достаточно сложных условиях. Конечно, с момента понимания узелка он начнёт развязываться.
    И по сегодняшний день многие мастера на Земле пребывают в убеждении, что семья и дети мешают какой-то деятельности, и это вызывает много жизненных проблем. Музыканты, актёры, писатели и другие мастера меняют женщин и много раз выстраивают взаимоотношения - это считается нормой, и на Земле существуют специальные оправдывающие теории. Но творение есть творение – независимо от того, создаёшь ты ребёнка, картины или текст, или готовишь плов: ты работаешь над собой, ставить одно превыше другого бессмысленно… Поэтому если ты хочешь переиграть и этот уровень - здесь мы тебе не поможем. Ты можешь его и не переиграть. А ты хочешь переиграть этот уровень?
    - А как получится, если я его не переиграю? Ух… так много процентов на один должок.
    - Ты можешь отдыхать и от всего отказаться. Но помни, что всё, что ты выигрываешь, будет также приумножаться под высокий процент, – сказал Мастер, взял с камина чашку дымящегося кофе и протянул Сатурну, а потом протянул и Ему. – Мы совсем забываем о кофе, а без него – какая игра?
    После глотка кофе (а Мастер готовил его по своему уникальному рецепту) вновь появилось ощущения азарта от игры, ощущение уюта и простое осознание известного: терять-то нечего, так почему бы и не играть?
    - Ты же сам прекрасно знаешь, как. Отыграться придётся, возможно, понадобится лишняя жизнь, – продолжал Сатурн.
    - Но мы можем завязать на этом Чистый Узел, – хитро сказал Мастер и серебристо посмотрел на Него.
    Он уже хорошо знал, что такое Чистый Узел. Это когда ты заранее соглашаешься получить опыт и на то, что возможности отказаться или растянуть игру будешь лишён… Впрочем, воспитание ребёнка и творчество в каких-то диких местах – сложно только на фоне его швейцарской жизни. Тем более, если наконец будет настоящая любовь.
    - Любовь сама по себе является Чистым Узлом, - прочитал его мысли Мастер, - но большего мы пока тебе не скажем. Оставим на этом Право Выбора и посмотрим. Даже мне самому становится интересно!
    
     * * *
    
    Дядя Толя положил дрель на пол и удовлетворённо посмотрел на результаты своей работы. Дырка была, в общем-то, ничего.
    - Ну что, Тома, ужин пора готовить скоро.
    - Уже делаю, делаю… Блины со сметаной будешь?
    - Блины со сметаной! А чего ж не буду? – удовлетворённо сказал дядя Толя и уже задумался над какой-то новой задачей, глядя на стену.
    Балкон вместе с Землёй и домом единым кораблём плыл сквозь чистое сознание лёгких вечерних облаков. Они были так близки и живы, что даже не было смысла дотрагиваться до них. Что-то капало с неба – и это было слышно хорошо.
    Дядя Толя снова поднял дрель, нажал на курок – и тут же заработал холодильник. Диски звука нашли друг на друга и прорвались в сознание…
    
     * * *
    
    - К этому ты готов, и это даст тебе большие преимущества… Она будет единственной во всех смыслах, вы будете, как всегда, зеркально взаимодополнять друг друга и идти через тернии… Но любовь придёт после двадцати лет, иначе ты не сможешь выполнить некоторых наших просьб, уже не связанных с долгами. Они будут от Плутона… В процессе посредством искусства в целях нашей эволюционной Раскачки нанесёшь пару лёгких ударов по системе отношений и системе образования. Какие это будет иметь последствия, кто об этом узнает и так далее – не твоё дело, дальше мы позаботимся сами. Плутон сам подскажет тебе тексты… это ты потом вспомнишь. А когда тебя найдёт любовь, тебе будет не до этого. Просто такое весёлое задание в нагрузку.
    - И узелки начнут развязываться сразу же после того, как меня найдёт любовь?
    - Нет, не сразу, но скоро. Будет Контрольный Сдвиг, который обычно сопровождается болезнями. У тебя он будет сопровождаться физической травмой, но большего мы пока не скажем…..
    Он сидел прямо посреди знакомой и незнакомой сцены в высоком кресле, вращался в музыкальном тёмном пространстве-зале, пропуская звёзды и многое сквозь себя. Руки лежали на коленях, повёрнутые ладонями вверх. На голове, как всегда, золотом и цветами радуги сияла корона, которая не свидетельствовала ни о чём: такова традиция, эту корону надевали каждому, кто отправлялся в путь.
    Вот по серебристым лучам спустились Архонты со своими многогранно-рогатыми шапками-нимбами и большими золотыми перьями в руках. Подошли и начали что-то рисовать и записывать на ладонях. Приходили другие мастера, которые рисовали лицо и накладывали грим, отходили и любовались своей работой.
    Наконец, кроме Сатурна и Плутона, собрались все Друзья, и Мастер принёс Семицветную Шарманку. Он, сидящий в короне, начал получать Подарки На Вырост.
    - Прожиг! – сказал Мастер. И Друзья начали вращать Семицветную Шарманку по очереди, и сами вращались, и Он вращался внутри них. И всё вращалось, пока не образовался первый светящийся шар.
    - Прожиг! – снова сказал Мастер, и снова всё завращалось, пока не образовался второй светящийся шар. А седьмым шаром был и Он сам и не Он сам… В общем, получив все семь подарков в Дорогу, Он должен был беречь и развивать их, помня, с какой любовью они созданы. Естественно, как всегда и у всех, это не всегда получалось.
    После подарков вращение вдруг замедлилось, и зал стал тёмным, а на тёмном пространстве открылся белый экран, на котором в ускоренном режиме начали пробегать кадры будущей жизни. Просмотрев их, по традиции Он мог три раза попросить что-то изменить, тогда снова спустятся Архонты со своими золотыми перьями, что-то сотрут и перепишут. Но Он ни о чём не попросил. На прощание открылась вся космическая панорама, и движение остановилось – Он «сидел на дорожку», запоминая, куда нужно вернуться. Никогда раньше ему не удавалось вспомнить всё по-настоящему раньше, чем… но на этот раз, если верить мастерам, Он готов вспомнить до конца. И это странно волновало, снова пронизывало известное и ранее чувство шага в неизведанное и чувство ответственного задания. Ещё можно было о чём-то попросить, но Он ни о чём не просил.
    Тогда движение стало возобновляться и нарастало, звёзды начали сливаться в концентрические круги, а круги сливались в тоннель.
    
     * * *
    
    Дядя Толя и Тома весело ужинали блинами со сметаной, жена рассказывала какие-то мелочи рабочего дня, а дядя рассказал пошлый анекдот, и они весело захохотали.
    Он сидел на кухне и слушал, как с серебряным звуком в стекло окна ударяется эхо от капающей в раковину из крана воды. На улице было темно, но небо полностью расчистилось. Легко покачиваясь на волнах, дом плыл сквозь небо и мелкие звёздочки на нём. Где-то у подъезда были шаги, где-то на лестничной площадке было позвякивание ключей. Где-то было что-то ещё…
    Дядя Толя встал, весьма довольный, ведь выпил большую кружку кефира вместе с блинами.
    - Ну что, будешь уже отдыхать? – спросила Тома.
    Дядя Толя колебался. С одной стороны, хотелось и отдохнуть, завалиться на диван и глянуть телевизор. С другой стороны, дядя любил сам процесс ремонта. А сейчас был такой ответственный момент – прихожая. Сколько раз, глядя на старые вешалки, шкафы, обои и многое другое, он живо представлял себе, как будет собственными руками перестраивать этот мир… А по телевизору сегодня, вроде, ничего интересного. До новостей кое-что он ещё успеет. «Да, хоть что сделаю, само не сделается!» - сказал основательно дядя Толя. Тома с любовью посмотрела на работящего мужа – последние три года и не пьёт (и не кодировался!)
    Дядя Толя немножко лениво, но основательно встал с табуретки, нагнулся за дрелью, преодолевая тяжесть в желудке, наставил сверло в нужное место и нажал курок. В это же время заработал холодильник, проникая электрическим звуком в самое сердце. Самое сердце.
    
     * * *
    
    Мощная волна вибрации ворвалась в белое помещение, достигла висящих ламп дневного света, ударилась в стёкла помещения. Входящей медсестре показалось, будто какие-то светящиеся перышки мелькнули под потолком в самом свете лампы.
    «Вот так устанешь за смену, что уже что-то в глазах… Надо брать отпуск, тем более что самое лето, что тянуть…»
    В это время Новые Друзья слетелись на вибрацию крика и уже читали информацию и указания, которую оставили им Архонты в еле заметных линиях на контуре ладони, чтобы выполнить свою часть Работы и спокойно улететь до следующего раза…
    
    
    
    
    
    
    


    

    

Жанр: Рассказ
Тематика: Философское


© Copyright: Игорь Сироткин, 2007

  


Напишите свой комментарий.
Тема:
Текст*:
Логин* Пароль*

* - это поле не оставляйте пустым



Rambler's Top100
Copyright © 2003-2015
clubochek.ru