Клубочек
Стихи Проза Фото Живопись Музыка Конкурсы Кафедра Золотые строки Публикации авторов Форум
О сайте
Контакты Очевидец Клубочек в лицах Поэтический словарь Вопросы и ответы Книга месяца Слава Царствия Твоего
Главная - Форум - Поэзия - Классики и современники (поэзия) - Поэтический турнир ПТИЦА-2016. Второй тур. Лонг-лист.

Поэтический турнир ПТИЦА-2016. Второй тур. Лонг-лист.


Страницы: 1
Галина Булатова
Галина Булатова
Сообщений: 566
Поэтический турнир ПТИЦА-2016. Второй тур. Лонг-лист. (19.10.2016 14:23:03)
Информация о 1 туре: http://www.clubochek.ru/newforum_topicshow.php?id=1021

34 произведения участников конкурса были отправлены членам жюри для оценивания под номерами, без указания авторства. Каждому члену жюри было предложено отобрать 20 стихотворений, достойных, по их мнению, прохождения во 2-й тур. В результате голосования 21 стихотворение набрало 3 и более голосов жюри. Авторы этих произведений и становятся участниками 2 тура, т.е. входят в лонг-лист конкурса. Но и среди произведений, набравших 2 балла есть те, что запомнились и с которыми немного жаль расставаться. Желаю всем удачи – как прошедшим во 2 тур, так и тем, кому чуть-чуть не повезло. Значит, пока не время и всё сбудется в свой срок.

Ниже располагается таблица голосования и произведения авторов, вошедших в лонг-лист.
Информация о 3 туре (шорт-лист) будет вывешена не позднее 5 ноября.



Произведения участников, вошедших в лонг-лист поэтического турнира «ПТИЦА – 2016»

№ 1

Поэт

Постигая азы
Векового молчанья,
Слушай времени счёт ну хотя бы вполуха.
Если вырван язык
У поэта – печально.
Хуже, если вокруг все лишаются слуха,

Между злом и добром
Размывают границы
И возводят шутов под небесные своды.
Зря старинным пером
Ты мараешь страницы:
Снова Средневековье – ни книг, ни свободы…

Только ты никаких
Гастролёров не слушай,
Похвалу и хулу пропускай без оглядки.
Если жжётся твой стих,
Если рвёт чью-то душу
Твоя песня, – то значит, ты в полном порядке.

Пой для Бога, вари ты
Шаманское зелье
И живи голышом, раз родился в исподнем.
Суеты фавориты
Уходят под землю,
Только Вечности слуги на небо восходят.

№ 2

По следам классики


Вязью строк выткан юный рассвет,
Можно ль жить, не сказав о нём слова?
Когда синью рождённый корвет
Из-за облака выплывет снова.

Книга-свиток – извечный пророк,
Древней тайны пронзённой лучами.
Нам писали и Пушкин, и Блок
На Кронштадтском гранитном причале.

И, как много столетий назад,
Не потерян в не смолкнувшем кличе,
Бродит Данте сквозь собственный ад,
В дебрях строк ища тень Беатриче.

Пусть поэта не примут в миру,
И тогда его труд не бессмыслен:
Он, пропев ариозо добру,
Будет к вечности снов сопричислен.

И с собой обручивши любовь,
Вечной классики корни хранящий
Он, есенински брызгая новь,
Встретит рифмою день настоящий.

№ 3

Яблоко


Всё, что было –
скроет туман-река,
унесёт в беспамятство
за горизонт столетий.
Всё что будет –
дрожащей зари рука
нагадает,
подкинув в небо
солнца монету.
Там,
мой голос –
тише осенней полночи,
дыханье строки
на обрывке мятой бумаги.
Там,
мой взгляд –
чёрный ветер на площади,
капля крови
в чернилах дождливой влаги.
Там,
моё сердце –
усталый мотив побережья,
крик чайки над пеплом
ветхой закатной арки.
Там,
моя вера –
ощущение юной свежести
в ладонях мальчишки,
сорвавшего кислое яблоко.

№ 4

Монолог поэта


Был юный век прекрасен и жесток,
Как от дождей взъярившийся поток.
Четвёртый стукнул год, пришла война!
О, как дорога на Восток длинна…
И я могла бы тоже ехать вдаль,
Забыть в служенье родине печаль...
Но жить тогда, увы, не довелось...
Крутила дальше мир земная ось...

С тех пор промчалось больше сотни лет –
Сменился век свершений и побед…
Но постучалась память, как в окно,
Мне в душу — и в глазах уже темно,
От замысла пылает голова,
На ощупь подбираются слова…
И вот уже грохочет давний бой,
И на икону мать глядит с мольбой,
Идут судьбе навстречу корабли
В далёких водах у чужой земли…

Мне говорят: «Какой тебе резон
Былое ворошить? Вдыхай озон,
Пиши о летних грозах, о любви!
Гуляй, надейся, радуйся – живи!»

Но память вновь командует: «Вперёд!
Туда, где дым, и кровь, и битый лёд!»
Опять в стихах, жестока и грозна,
Клокочет позабытая война.

№ 5

Зимы начало. Торжество снегов.
Не в лад скрипят качели бесполезные.
Я привыкаю музыку шагов
Переводить на музыку поэзии.

Мне слышен в монотонности ходьбы,
В ещё негромком, осторожном хрусте
Спокойный ритм сложившейся судьбы,
Живые ноты радости и грусти.

А голоса рассветного двора
Своей несуетливостью похожи.
Мне интересно музыку добра
Искать и находить среди прохожих.

Смотреть в окно, внимать обрывкам слов
И, трудно пробиваясь к пониманью,
Восторженную музыку следов
Переводить на музыку свиданий.

№ 6

Дар


Сочинить – спеть про степь,
стопным стёбом играя,
под степенный копыт степ
от Китая до Кракова края.

Звук заката завис,
синь, багрянец и охра,
здесь Чингиз и Хафиз,
и Сафо, и софия Софокла.

Я ни молод, ни стар,
хвату хвастаться нечем,
разве что безупречен мой дар
и, как вольная степь, бесконечен.

№ 7

В поисках истины


Почёл бы за честь я, дорогой отца
Душою и телом пройти до конца,
В плену выживая, где сдаться нельзя.
Но время другое, иная стезя…
Я вынес бы ада фашистского тлен,
Гнёт послевоенных гонений за плен,
Донбасс искупленья с мозолями – в кровь,
За веру, надежду и к жизни любовь.

Я сдюжил бы, выжил, сомнения нет,
Чтоб снова родиться для трудных побед…
И вот, я другой – продолженье отца,
Долг чести готовый нести до конца,
При Божией воле, но с долей иной,
Тружусь на плавкране на Каме родной:
С мечтой сокровенной, штормам вопреки,
Исследую дно полноводной реки.

Даёт понять ветер: почём лиха фунт,
Вгрызается грейфер в старательский грунт,
Ища в толще илистой жилистый срез –
Песчано-гравийную смесь – ПГС.
И грейфер искусный достоин пера,
Которое в толще словес до утра
Продвинется к сути, за батину кровь,
За веру, надежду и к жизни любовь.

№ 8

Перерождения


Ужасен тот день, где под гибкой иргой
Ты ляжешь вздремнуть, как последний изгой.
И вспомнишь, как мчалась по следу борзая…
Как яблоки стыли, в снегу замерзая.
Как небо в лиловом своем палантине
Блуждало в трясине и путалось в тине.

Кидающих камни припомнятся лица.
В войне брат на брата. Затёрты границы.
Ты вспомнишь налоги и прочие квоты…
Как выжить хотелось до дрожи, до рвоты.
Монеты кидал на подлунном базаре –
Чтоб после уснуть в златоглавом Мазаре.

Ты был падишахом под звёздным навесом,
Дворецким, гусаром, альфонсом-повесой.
А в новой судьбе – среди жёлтых газет –
Ты то ли никто… То ли просто Поэт!

№ 9

Есть праздник в течении буден…


Есть праздник в течении буден,
В скольженьи негромких минут,
Когда из небесных посудин
Шершавые дождики льют,

Когда деловито и просто
Всяк маленький в доме сверчок
Картузик повесит на гвоздик
И тоненький снимет смычок.

Таится для сердца отрада
В порядке прожитого дня,
И смирное стойбище грядок
Под вечер отпустит меня,

Сосна головой покачает,
Приветливо глянет звезда...
Вот так бы и жить от начала
Для творчества, воли, труда!

Разведрило в небе глубоком,
И тень от калитки густа.
И рифмы шуршат в водостоке,
И светится кожа листа.

Под пение крошечных скрипок
Полночные строчки бегут,
А мир переменчив и зыбок,
И полон видений уют...

№ 10

Прими меня


Прими меня – опять в последний раз,
Прости за возвращенье и за робость.
Себя леплю из подаянья фраз,
Боясь в тебя сорваться, словно в пропасть.

Перед тобой чиста или пуста,
Я с ужасом рожденья вновь смиряюсь.
Какое счастье – с чистого листа
Писать стихи, пусть даже повторяясь.

Что прячет ночь сегодня от меня,
Когда зовёт на исповедь к бумаге?
И я, свою беспомощность кляня,
Опять впадаю в обморок отваги.

Прости за дерзость, но не отлучай, –
Я зрячесть обретаю перед словом,
Когда оно с упорством палача
Признаний ждёт и судит их сурово.

Ты знаешь всё, пусть даже я смолчу,
Мой чистый лист, – и старь моя, и новь.
Твоей неотвратимостью плачу
За невозможность высказать любовь.

№ 11

Что от Бога


Русь – поля да тряпки,
Снег да образа...
У меня от бабки
Синие глаза.
От прабабки Анны –
В масле деруны,
Слёзы из-за пьяных,
Страх из-за войны.
От соседа-вора –
Смылся на Кубань,
Были разговоры,
Танька с пузом, глянь –
Не просить, не виться,
Не лежать в пыли,
А пойдёшь в землицу –
Дура, не скули.
От свекрови – сито,
Ругань да грехи,
А от всех убитых –
Горькие стихи.
От Сашуры-лёльки –
Крестик на шнурке,
От подружки Ольки –
Перстень на руке.
От соседки строгой –
Тёплые носки...
...у Руси от Бога –
Дети, старики...

№ 13

Не люблю растекаться по древу


Не люблю растекаться по древу,
Не люблю во все трубы трубить.
И прошу у стиха и напева
Каждый раз сокровеннее быть:
Вот вода – только шёпот и тайна.
Вот звезда – света тонкая нить...
Умоляю – не будьте случайны,
Намекаю – умерьте же прыть.
И тогда, словно бег иноходца
Строй стиха сдвинет вдаль горизонт,
И души Кто-то тихо коснётся
И со мной запоёт в унисон.
Вот тогда мне легко удаётся
Разделить шелуху и руду,
И далёкое эхо колодца
Покатать словно жемчуг во рту…

№ 14

У черноты своё начало...
Из детства след беды глубок –
Я помню, чёрными ночами
Искал в печурке коробок...
Лампадка пламенем дышала
Сквозь прокоптелое стекло,
И тьма за окнами шуршала
И было в комнате светло.
Погиб отец...
Да как мы жили?!
Тем, кто с отцами, не чета...
И сознавалось глубже, шире
Во мне понятье – темнота.
Раздумья мрачные, как тучи,
Вдруг наплывали среди дня,
Людей запятнанные души
Уже тревожили меня.
Встречались тёмные привычки
И речи, что к добру глухи...
И брал слова я, словно спички,
И злые высекал стихи...
– Уймись! – мне серость причитала,
Да разве серая поймёт,
Что темнота своё начало
У той же серости берёт!

№ 15

След на небе


Весна являет свои приметы:
Сверкает солнце, вскипают почки,
А над землёю парят поэты,
Пером по небу рисуя строчки.

В обычной жизни они – как все мы,
И так же хмелем порой согреты,
Но, выбиваясь из общей схемы,
Хранят поэты свои секреты.

Едва занявшись любимым делом,
Вооружившись крылатой фразой,
Полёту мысли отдавшись телом,
Поэты в небо взмывают сразу

И там над миром парят, как птицы,
Без чувства страха и тонны груза.
И мог бы вечно полёт их длиться,
Но ждёт к обеду родная муза.

Сдержать поэтов смешны усилья,
Нельзя от неба их скрыть за дверью,
Ведь от препятствий мощнее крылья,
От подрезаний острее перья.

Для них свобода важнее премий,
Пусть миг полёта и быстротечен.
Пути земные стирает время,
А след на небе навеки вечен.

Рисует осень свои сюжеты,
Смывая краски и ставя точки,
А над землёю кружат поэты.
И улетают.
Поодиночке...

№ 18

Чудак


Во мне живёт один чудак,
Его судьба – и смех и грех,
Хоть не понять его никак –
Он понимает всё и всех.

Смуглее кожи смех его,
И волосы лохматей снов.
Он создал всё из ничего –
И жизнь, и слёзы, и любовь!

Из туч и птиц – его костюм,
А шляпа – спелая луна.
Он – богосмех, он – смехошум,
Он – стихонеба глубина!

Чудак чудес, в очках и без,
В пальто из птиц, в венке из пчёл,
Он вырос ливнем из небес,
Сквозь небо до земли дошёл!

Он благороден, как ишак.
С поклажей грешных дел моих
Он шествует, и что ни шаг –
И стих, и грех, и грех, и стих!

Он стоязык, как сладкий сон,
Как обморок стиха без дна.
Смеётся лишь по-русски он,
А плачет – на наречье сна.

Пророк вселенской чепухи,
Поэт прекрасного вранья,
Он пишет все мои стихи,
А после – их читаю я!

Он – человек, он – челомиг,
Он пишет строчки наших книг,
Он в голове живёт моей
И делает меня сильней!

№ 19

… Я всё равно уеду в Монтерей –
Из сирых зим в живительное лето.
Отстукивать ладошкою хорей,
И чистить яйца в старую газету.

Пусть проводник с хроническим «амбре»,
Пускай кромсают тишину соседи,
Титан, что старец чинный в серебре,
Покоя мне горячего нацедит.

И я ко всем терпима и светла,
Дорожные просеиваю байки.
Жизнь полетит чужая у стекла:
Кресты, церквушки, домики, сарайки,

Весёлые зелёные сады –
То вырастут, то словно бы усохнут.
И звёзды самой первой чистоты
В вагонные заглядывают окна.

Конечно, транспорт выбран сгоряча.
Всего вернее было б самолётом.
И вот уже закат внизу зачах
И рядышком посапывает кто-то.

Меня двукрылый тоже укачал,
Меж облаков проскальзывая ловко,
Чтоб больше не рыдала по ночам
Уставшая несчастная Дюймовка.

И чтоб уже не помнить поутру
Цифирей, завязавшихся узлами.
Неси, неси меня крылатый друг,
Неси скорей к моей любимой маме!

Она, конечно, там. Уже давно.
Печёт мне сны про жизнь и про другое.
Я в Монтерей уеду все равно,
Ведь слово-то красивое какое…

№ 20

Маяк


Легко затеряться в египетской тьме,
Когда путеводной звезды не иметь.
Затишья сменяются бешенством бурь –
Превратности спрутом корёжат судьбу.
Возможно, не выдержит хрупкий костяк…
Вот кто-то уже пластилином обмяк.

Поэтому, чтобы не сбиться с пути,
Маяк для себя постарался найти.
Недолго я думал и выбрал его
За искренность мысли, стиха мастерство.
Пусть лопнула времени тонкая нить,
Он словом живым продолжает светить.

Жизнь – лучший учитель, уроки всерьёз,
Пощады не будет, по-взрослому спрос.
В словесной руде пробиваюсь пером –
Меня направляет идти напролом,
Как ветер тугой для моих парусов,
Поэт по призванию – Игорь Царёв!

№ 28

Поэт


Я ослеп. Измучился. Продрог.
Я кричу из этой затхлой бездны.
Господи, я тоже чей-то бог,
заплутавший, плачущий, небесный.

Вот бумага. Стол. Перо и рок.
Я. (больной, седой и неизвестный)
Но умру – и дайте только срок,
дайте строк – и я ещё воскресну.

№ 31

Озон весны сознание дурманит
И гонит страсть по жилам кипятком,
В «страну берёзового ситца» манит,
Успеть побегать босиком.

Мне б в Лукоморье отыскать дороги,
И запросто, душевно, как свояк
С Мессией бы поговорить о Боге,
Потом с Мессиром бы попить коньяк.

Наверно, это непрактично слишком,
Но свежестью апрельской охмелён,
Я выбираю быть чуть-чуть мальчишкой,
Чтоб чувствовать, что все еще влюблён.

№ 33

Я мог быть артистом и голоса медь
без дрожи на сцене заставить звенеть;
военным, чью жизнь заменяет приказ;
врачом, что спасает кого-то из вас;
быть может, старателем в дальней глуши;
спортсменом, который к рекордам спешит.

Мог стать шахматистом; известным гребцом;
босотой с помятым от пьянок лицом;
возможно, рабочим мог встать у станка
и стружку снимала б, как рашпиль рука;
пожарным, что путь свой находит в огне;
монахом, чей Бог перед ним на стене;
конвейерным кули с мозолью горба;
курьером, чья участь с пакетом ходьба;
немытым бродягой с тяжёлой судьбой;
влюблённым, стремящимся вслед за тобой.

Художником я рисовал бы весь век,
что может в себе обрести человек.

Мог стать ловеласом, когда бы не лень;
секретным агентом, чья прячется тень;
торговцем, что прибыль отыщет во всём;
банкиром мог всем обещать я: «спасём!»

Наставником вряд ли, порода не та;
не тянет к себе и открытий тщета.
Мог в небе летать, только вот не люблю;
и яхтой с сигарой в зубах не рулю.

Мог быть адвокатом и врать без конца;
матросом, что ловит то сельдь, то тунца.
А позже, судьбу вспоминая свою –
поведать всем тайны, каких не таю...

Свой мир отражая в одном из зеркал
мог стать я – поэтом... но я им не стал.

№ 34

Выбор


Судьбина обычно скупа на аванс
И дарит нечасто желаемый шанс.
А как бы хотелось сквозь время взглянуть,
Понять: а действительно ЭТО твой путь?
Что было, что есть, что навеки ушло –
Могло по-другому быть иль не могло?

Погибший в Афгане, как всякий, точь-в-точь,
Мог петь и смеяться, и вырастить дочь.
Но вражеской пулей оборвана нить.
Он мог быть счастливым. Он мог просто БЫТЬ.
И в памяти давний теряется след…
И нет человека. И выбора нет.

В банальной истории век отражён –
Беседы ведя с привокзальным бомжом,
Я вдруг поняла, подавая гроши:
Он жизнь свою мог по-иному прожить,
Лишь сделав свой выбор иначе чуть-чуть.
Он мог бы. Но выбрал неправильный путь.

Я тоже пытаюсь не сбиться с пути.
Ведь золото трудно средь хлама найти! –
В потёмках невежества еле видна
Дорога моя, что судьбою дана.
Здесь где-то мои затерялись следы
Средь тонн бесполезной словесной руды.

Вы вдумайтесь – КАЖДЫЙ веленьем души
Под Нерчинском в штольне, в тобольской глуши,
Всегда, вне сословий, времён и краёв,
Мог выбрать иное, но выбрал своё!
Как важно, отринув сомнения прочь,
Всё правильно выбрать. И вовремя смочь.

Комментарий изменён: Галина Булатова - 19.10.2016 14:34:55
Галина Булатова
Галина Булатова
Сообщений: 566
(22.10.2016 11:32:42)
Приглашаю клубочковцев проголосовать за произведения авторов сайта, участвующих в конкурсе ПТИЦА-2016. Вы можете отдать голоса любому количеству участников, которых не так много - всего их 8. По итогам голосования зрителей будет определён победитель, который, разумеется, не останется без поощрительного приза.

http://www.clubochek.ru/konkurs.php?an=1&konk=48

Не зависимо от зрительского голосования все конкурсанты (как авторы, подавшие стихи через анонимную форму конкурса на "Клубочке", так и приславшие произведения на электронный адрес куратора) будут оценены профессиональным жюри. Именно жюри определит победителя, который получит главный приз - книгу Ирины Царёвой "Ангел из Чертаново".

Это великолепное подарочное издание содержит 543 страницы и включает 150 фотографий, выполненных цветной печатью. На фотографиях, ранее не выносившихся за пределы семейного архива, запечатлены события и моменты жизни Игоря Царёва, которые, как и вся книга, станут для читателя неожиданным откровением, раскрывающим образ поэта, жизнь и смерть которого были предопределены окружающей его действительностью.
Книга состоит из трёх частей: «Наша эра», «До Нашей эры» и «Вызываю огонь на себя» – сами названия говорят об их содержании. «Предисловие», «Вступление» и «Вместо эпилога» также написаны автором и являются неотъемлемой частью этого произведения.
Читатель сможет познакомиться со стихотворениями Игоря Царёва, которые никому не известны, а также с его прозой – недописанным романом «Демиург», вплетённым в повествование.
Ещё одна часть книги – «Игорь Царёв. Своей рукой…» – состоит из его рисунков и автографов (никогда не публиковавшихся «зелёных стихов» Поэта).

Тираж книги 200 экземпляров, твёрдый переплёт, формат А5, бумага офсетная, вставки с цветными иллюстрациями на мелованной бумаге.


Комментарий изменён: Галина Булатова - 22.10.2016 11:34:17
Галина Булатова
Галина Булатова
Сообщений: 566
(30.10.2016 00:41:57)
Информация о 3 туре (шорт-лист): http://www.clubochek.ru/newforum_topicshow.php?id=1025
 
Страницы: 1

Главная - Форум - Поэзия - Классики и современники (поэзия) - Поэтический турнир ПТИЦА-2016. Второй тур. Лонг-лист.

Rambler's Top100
Copyright © 2003-2015
clubochek.ru