Клубочек
Стихи Проза Фото Живопись Музыка Конкурсы Кафедра Золотые строки Публикации авторов Форум
О сайте
Контакты Очевидец Клубочек в лицах Поэтический словарь Вопросы и ответы Книга месяца Слава Царствия Твоего
Главная - Кафедра - Классики и современники - "Сотворение мира Ириной Снеговой" (Тамара Тагеко)


"Сотворение мира Ириной Снеговой"

(Тамара Тагеко)


    
Не спите поздно. Подымайтесь сразу.
С трамваем первым. С первой птичьей фразой.
Вставайте раньше. Пейте кофе крепкий.
Займитесь вместе с солнцем кладкой, лепкой,
Формовкой, краской - сотвореньем мира…

Снегова И. А. «Сотворение мира»

    
    Когда мне предложили написать о любимых поэтах, я не сомневалась, что первый мой рассказ будет об Ирине Снеговой.
    Несколько ее стихотворений я помнила наизусть полностью, из других могла процитировать запомнившиеся строчки. Но о ее жизни я не знала ничего. Впрочем, в наш технический век, имея под рукой Интернет, задача не казалась мне невыполнимой или трудной.
    Однако, несколько дней усердных поисков в сети почти ничего не дали. Только сухие даты рождения/смерти и пара строчек из воспоминаний С. Мнацаканяна. Нет даже фотографии поэта. Зато поразило обилие ее стихотворений в ЖЖ и блогах каких-то девчушек. На розовых и сиреневых фонах, в обрамлении из сердечек и ангелов находятся записи с прекрасными стихами Ирины Снеговой. Серьезные, умные и печальные стихи зрелой женщины…
    
    ***
    Похрустывают косточки минут
    Под сапогами бешеного дня.
    Потрескивают. Будто хворост мнут
    В печи, за створкой, щупальца огня.
    
    Позвякивают. Мимо. Как дожди.
    Посвистывают. Как песок из рук.
    Покалывают. Мелко. Как в груди...
    Но день велик. И в нем есть главный звук.
    
    И если жить, так надо жить, как Крез.
    Не меряно. Наотмашь. Не в обрез.
    

    
    Ирина родилась в 1922 году в Курске. Окончила Литературный институт им. М. Горького в 1948 г. В том же году начала печататься. Автор поэтических сборников «Лирические стихи» (1958), «Август» (1963), «Лирика» (1966), «Крутизна» (1967), книги стихов для детей «Бьют часы» (1962). В 60-е годы была достаточна известна. Много печаталась в журналах, в основном это были переводы армянских и грузинских поэтов. Умерла в 1975.
    Это все, что известно о ее жизни и творчестве.
    На одном из сайтов, читая короткую биографическую справку о поэте, натолкнулась на горькую строчку недоумения: «В Сети имя Снеговой постоянно встречается в девичьих дневниках, но не на сайтах, посвящённых литературе. Это не читательское забвение, а досадная забывчивость специалистов.» И удивилась… Кто-то так же, как и я, заметил странное отсутствие внимания литераторов к хорошему, интересному поэту.
    Стихотворения Ирины – стихотворения удивительного поэта, который не подстраивался под советские реалии и писал не о трудовом героизме народа, осваивающего целину, а «тихую лирику» — о жизни, любви, детях, женском быте…
    
    ***
    Жив-здоров. Не глядишь на другую.
    Вот и всё. Остальное стерплю...
    Не грустишь? Но и я не тоскую.
    Разлюбил? Но и я не люблю.
    
    Просто мне, чтоб по белому свету
    Подыматься дорогой крутой,
    Нужно верить, что дышишь ты где-то,
    Жив-здоров... И не любишь другой.
    
    (Снегова И. А. «Жив-здоров. Не глядишь на другую...», 1959 г.)

    
    У Ирины много стихов-рассуждений. Они не броские, в них нет вычурных метафор и странных, необычных рифм. Но, вчитываясь в строки, вдруг понимаешь, что под каждым стихотворением мог бы подписаться словами: "Да, я знаю о чем тут речь… И со мной было такое же".
    
    ***
    Не надо приходить на пепелища,
    Не нужно ездить в прошлое, как я,
    Искать в пустой золе, как кошки ищут,
    Напрасный след сгоревшего жилья.
    
    Не надобно желать свиданий с теми,
    Кого любили мы давным-давно,
    Живое ощущение потери
    Из этих встреч нам вынести дано.
    
    Их час прошел. Они уже подобны
    Волшебнику, утратившему власть,
    Их проклинать смешно и неудобно,
    Бессмысленно им вслед поклоны класть...
    
    Не нужно приходить на пепелища
    И так стоять, как я теперь стою.
    Над пустырем холодный ветер свищет
    И пыль метет на голову мою.
    
    (Снегова И. А. «Не надо приходить на пепелища…» [7])

    
    Я влюбилась в стихи И. Снеговой еще в школе. Нашла как-то в родительской библиотеке невзрачный сборник под названием "Душа полна тобой". Казалось бы, что могла понимать в любви 13-летняя девочка? Но прочитав стихотворение "О господи! Все женщины мечтают...", уже на следующий день я с надрывом декламировала его лучшей подруге:
    
    О господи! Все женщины мечтают,
    Чтоб их любили так, как ты меня.
    Об этом в книгах девочки читают,
    Старухи плачут, греясь у огня.
    И мать семьи, живущая как надо,
    В надёжном доме, где покой и свет,
    Вздохнёт, следя, как меркнут туч громады:
    И всё как надо, а чего-то нет.
    Есть нежность, верность есть, но ежечасно
    Никто коротких, трудных встреч не ждёт.
    Никто тебя за счастье, за несчастье,
    Как зло, как наважденье не клянёт.
    Не довелось... Вздохнёт, а тучи тают,
    Горит закат на самой кромке дня...
    О, господи! Все женщины мечтают,
    Чтоб их любили так, как ты меня, -
    Неотвратимо, с яростной тоскою,
    С желаньем мстить, как первому врагу.
    ...Должно быть, я любви такой не стою,
    Коль броситься ей в ноги не могу.
    
    (Снегова И. А. «О господи! Все женщины мечтают…»)

    
    Подруга (к тому времени имея какой-то опыт общения с мальчиками) кивала головой и вздыхала: "Дааа… Ну вот точно же! Достал он меня своими звонками… А я нее… Я такое не люблю."
    
     Листая страницы сайтов, заходя на серьезные литературные порталы, в электронные библиотеки, я поражалась отсутствию в них стихотворений Ирины. Что за странное забвение? Почему? Почему нет никаких сведений о ее жизни? Но на сайте стихи.ру оказалась ее страничка. Кто-то любовно ее ведет, добавляя новые, раннее не опубликованные произведения и даже отвечая на комментарии. Поклонники таланта Ирины находят ее стихи в старых, не переиздававшихся сборниках, и добавляют в разделы, посвященные ее творчеству, на любительских стиховых сайтах.
     Вчитайтесь, и быть может, Вы не останетесь равнодушными к этим строкам:
    
    Всё приходит слишком поздно:
    Мудрость — к дряхлым, слава — к мертвым,
    Белой ночи дым беззвездный
    В небе, низко распростертом, —
    К нам с тобой, идущим розно.
    Все приходит слишком поздно:
    Исполнение — к желанью,
    Облегчение — к недугу.
    Опозданья, опозданья
    Громоздятся друг на друга...
    Сизый свет течет на лица,
    Купола, ограды, шпили...
    Снится, может? Нет, не снится.
    Вот он, город-небылица,
    Мы одни из прочной были —
    Взгляды тусклы, лица постны.
    Все приходит слишком поздно:
    К невиновным — оправданье,
    Осуждение — к убийце.
    Опозданья, опозданья,
    Век за них не расплатиться.
    А мечтали! Жадно, слезно
    Здесь, вдвоем — сквозь все запреты...
    Все приходит слишком поздно,
    Как пришло и это лето.
    Грустно невских вод теченье,
    Время дышит грузно, грозно.
    Слишком позднее прощенье...
    Все приходит слишком поздно.
    
    (Снегова И. А. «Всё приходит слишком поздно...» 1961 г.)

    
     Как-то я спросила хорошего поэта: «Но ведь рукописи не горят?». Он грустно вздохнул и ответил: «Горят, Тома, еще как горят…» «Благодарные» читатели быстро забывают вчерашнего кумира.
    С. Мнацаканян в своих воспоминаниях об Ирине с болью и горечью написал: «Так проходит земная слава, как говорили древние на своей меднозвучной латыни.
    Вы читали книгу стихов “Август”? Вы читали книгу стихов “Крутизна”? Нет, вы даже не знаете, что такие книги когда-то писались, ждали своего места в издательских планах, пробивались сквозь косность и немоту русско-советского коллективизма... В мире все пропадает бесследно. Просто что-то раньше, а что-то чуть позже, но все равно, увы, пропадает. А поэты пишут стихи, потому что знают, но не могут поверить в это...»
    Случайно нашла слова Вероники Тушновой , которые она сказала в связи с выходом в печать сборника стихов «Август»: «Я люблю стихи Ирины Снеговой, мне они дороги тем, что я ценю в поэзии превыше всяческого блеска, — ощущением подлинности.» Да, именно так – ощущение подлинности. Нет выдуманных сюжетов и нелепых литературных героев, нет никакой мишуры и натянутости… А есть размышления о любви и жизни мудрой женщины…
    
    …А та девочка – из моего детства, смотрит на меня наивными глазами, пишет смешные стихи в толстой, с коричневой «под кожу» обложкой, тетрадке и читает наизусть стихи о любви замечательного русского поэта:
    
    Любовь – любви не ровня, не родня.
    Любовь с любовью, Боже,
    как не схожи!
    Та светит, эта жжет сильней огня,
    А от иной досель мороз по коже.
    Одной ты обольщен и улещен,
    Как милостью надменного монарха,
    Другая душно дышит за плечом
    Тяжелой страстью
    грешного монаха.
    А та, иезуитские глаза
    Вверх возводя,
    под вас колодки ищет…
    А эти?.. Самозванки!
    К ним – нельзя!
    Разденут, оберут и пустят нищим…
    Любовь – любови рознь.
    Иди к любой…
    И лишь одной я что-то не встречала –
    Веселой, той, какую нес с собой
    Античный мальчик
    в прорези колчана.
    
    (Снегова И.А. «Любовь – любви не ровня, не родня.»)

    
    
     Тамара Тагеко (21.07.2010г.)
    
     -----------------------------------------------
    Использованная литература и источники:
    1. Литературный портал ARTSPORTAL.RU
    2. Сайт «Стихи ру», страничка Ирины Снеговой http://www.stihi.ru/avtor/irina_snegova
    3. «Литературная Газета», 2007 г. www.lgz.ru
    4. Краткая литературная энциклопедия. Т. 6.
    5. "Литературная газета", 2002 г. «КРАСНОЕ СМЕЩЕНИЕ» Сергей МНАЦАКАНЯН.
    6. Поэтический сайт «Поэзо Сфера»
    7. День Поэзии 1963, “Советский писатель”, Москва, 1963, 292 стр.
    8. Снегова И. А. Яблочный год. Стихи. М. Советский писатель 1975г.)
    


Напишите свой комментарий.
Тема:
Текст*:
Логин* Пароль*

* - это поле не оставляйте пустым

21.07.2010 08:47:24    Ната Кабанова Отправить личное сообщение    
Комментарий изменён: Ната Кабанова - 25 июля 2010 г. в 00:57:57
     
 

23.07.2010 21:13:19    Тамара Тагеко Отправить личное сообщение    
Вопрос о забвении, мне кажется, во многом еще и определяется теми социальными институтами литературы и словесности, которые существуют в государстве. Не буду голословной. Скажем, современные школьники в Украине Пушкина и Лермонтова еще знают, но вот Блока - уже нет. В школах русский язык не внесен даже в список иностранных языков.
Конечно, можно вспомнить советсвкие времена и пресловутый "Самиздат".. Но, кто читал эти, тайно передаваемые друг другу с плохим машинописным текстом, листочки? Очень немногие. Зато очень многие не имели о них понятия.
Одно скажу: грустно, когда забывают хороших поэтов. Как там? Все проходит, пройдет и это?
       

21.07.2010 12:33:48    Ян Шин Отправить личное сообщение    
Тамара! Вы молодец, что помните об этой замечательной поэтессе. Но я бы рекомендовал Вам пристальнее присмотреться к творчеству нашей с Вами общей знакомой - Ольги Аникеевой. ее внешне неброские стихи на мой взгляд являются несомненным радужным ожерельем нашего времени и криком души много выстрадавшего человека, умело соблюдающего тот необходимый порядок слов, который единственно и нужен для создания настоящего стихотворения. С уваженим Ян
     
 

23.07.2010 21:14:50    Тамара Тагеко Отправить личное сообщение    
Ян, я Олю хорошо знаю и люблю ее стихи. Мы с ней общаемся онлайн в МРА, и я всегда рада ей помочь)
Но не я стою в "дверях" Клубочка...
       

21.07.2010 12:58:58    Janny Отправить личное сообщение    
Тамара, спасибо за прекрасную статью и знакомство с великолепной поэтессой! Стихотворение "Все приходит слишком поздно..." потрясло до глубины души...
     
 

23.07.2010 21:15:35    Тамара Тагеко Отправить личное сообщение    
Женя, найдите время и почитайте другие ее стихи. Она - удивительная поэтесса...
       

21.07.2010 13:09:16    vasilisa Отправить личное сообщение    
Спасибо, Тамара! Я знаю стихи Ирины Снеговой с юных лет. Люблю их, особенно "Нежность" - оно очень созвучно мне. А вот с сайта я удалилась. Здешние события мне совершенно не нравятся. Это с моей легкой руки прозвучало слово "серпентарий" - именно это определение очень подошло к тому, что мне пришлось прочитать. Я далека от творческих разборок, мирская слава меня не прельщает, и хотя тут есть много достойных авторов - я не хочу быть здесь.
С уважением, Василиса.
     
 

23.07.2010 21:19:25    Тамара Тагеко Отправить личное сообщение    
Василиса, меня не было неделю и я, видимо, не в курсе случившегося..
Да, я согласна, что в Клубочке бывает временами очень много негатива в комментариях. Не знаю, чем это вызвано. Но возможно именно тем, что здесь собрались ОЧЕНЬ сильные авторы. Не просто разномастная пишущая братия, а хорошие самодостаточные поэты. А, как известно, такие поэты - наредкость склочный по характеру народ (вспомните хотя бы того же самого А.С. Пушкина)))
Спасибо за хороший отзыв и за Вашу память о поэте. Меня очень порадовало, что столько людей на сайте знакомы с творчеством Ирины.
       

21.07.2010 13:10:20    Ведущий раздела Клубочек в лицах Сергей Тимшин (Мартовский) Отправить личное сообщение    
Снегина, Снегина... В памяти сразу есенинская героиня Анна Снегина возникла. Но потом вспомнил: конечно, поэтесса, конечно, Ирина... Замечательное эссэ, Ваше, Тамара, вновь и уточнило, и просветило. Оказывается, ещё в Серебряном веке родилась Ирина Снегина! И стихи настоящие, от души, без изысков, без высасывания из пальца броских метафор и образов. Добротные и добрые стихи, чего мало теперь. В общем, спасибо за Вашу работу, за Вашу память, и за Ваше слово - поэта о поэте.
     
 

23.07.2010 21:24:44    Тамара Тагеко Отправить личное сообщение    
Сергей, да, стихи Ирины именно настоящие! Когда я писала план статей, то сразу ее имя поставила первым, т.к. очень люблю ее стихи. Ее стихи я переписала в свою тетрадочку, в которой были мои собственные стихи) Так и шли вперемешку... Наверное, я училась у нее любить мир и людей..
       

21.07.2010 13:31:58    Светлана d Ash Отправить личное сообщение    
Тамара, браво Вам и низкий поклон за Вашу мудрость, печаль, нежность и память...
     
 

23.07.2010 21:26:37    Тамара Тагеко Отправить личное сообщение    
Светлана, спасибо.. Я рада, что на статью откликнулись. Никогда не писала ничего подобного. Даже не знала, как приступить. Но последовала совету мудрого человека и хорошего поэта, который сказал мне: "Пиши так, словно ты мне рассказываешь о ней."
       

21.07.2010 19:14:36    Лариса5 Отправить личное сообщение    Любимые поэты
Тамара, спасибо огромное за очень интересный рассказ о замечательной поэтессе, чьи стихи в настоящее время начали читать, причем молодые люди, потому что стихи ее просто волшебные, душевные и очень мудрые. Мои любимые стихи -"Не надо приходить на пепелища...", когда то мне очень помогли. Еще раз, спасибо огромное!
     
 

23.07.2010 21:29:28    Тамара Тагеко Отправить личное сообщение    
Лариса, я рада, что есть такая возможность - рассказать о хороших стихах на сайте, который читают.
Надеюсь, что все сложится удачно, и я смогу написать еще о некоторых поэтах, которых очень люблю.
       

21.07.2010 19:41:22    Нина Пикулева Отправить личное сообщение    
Хорошо, что такой разговор возможен на нашем сайте.
О том, что забывается многое - не говорю, знаю. Всё после жизни, как при жизни - кому-то повезёт, кому-то нет... Если даже о такой громадине, такой величине - С.Я.Маршаке в его 100-летний юбилей как будто бы "забыли", он нигде не отмечался, кроме как... на окраине Москвы, в педучилище №13, носящем его имя... Разве это не удивительно???
     
 

23.07.2010 21:36:57    Тамара Тагеко Отправить личное сообщение    
Человеческая память короткая, человеческая жизнь еще короче..
Гаснут цивилизации, стираются с лица земли, и нет возможности восстановить даже малую толику их культуры.. А тут исчезла целая страна. В суматохе раздела и войн многое что забылось и ушло на задний план. Но я хочу верить в лучшее.
Клубочек - малюсенький островок в Сети, но кто-то может быть забредет и сюда в поисках стихов Ирины Снеговой.
       

22.07.2010 12:51:04    Катька Лялина Отправить личное сообщение    
У каждой книги есть своя судьба.
Нет, говорят, неузнанных шедевров.
И как удача б ни была слепа,
Безстыдна, — первым делается первый.

Пусть для того потребен долгий срок
И непредвзятость новых поколений…
А пули ход — в живот или в висок, —
Разя творца, не трогает творений.

Они живут совсем отдельно,
На подлинность — века отпущены.
Им только смерть земли смертельна
Да власть безумья над живущими.
И.Снегова
________
На самом деле, я безумно люблю эту поэтессу, и очень бы хотела, что бы она стала известнее...
Спасибо, Тамара, за актуальную статью.
     
 

23.07.2010 21:38:05    Тамара Тагеко Отправить личное сообщение    
Спасибо и Вам, Ксения, и за стихи Ирины и за замечательный отзыв..
       

22.07.2010 15:25:10    Марина Хабадаева Отправить личное сообщение    
Тамара, очень интересной показалась Ваша статья. Спасибо.
Да, рукописи горят, к сожалению. Хотя в случае Ирины многое можно прочесть. Другой вопрос: кто прочтет?
Комментарий изменён: Марина Хабадаева - 22 июля 2010 г. в 15:29:10
     
 

23.07.2010 21:41:59    Тамара Тагеко Отправить личное сообщение    
Марина, пожар начинается с одной искры.. )
Но я надеюсь, что прочтут. Я была приятно удивлена тому, сколько человек на сайте знают о Снеговой.
А те, кто не знал, прочли в статье часть ее стихов. Значит, чуточку поборолись мы с энтропией в виде забвения..
       

22.07.2010 21:21:04    Галина Колпакова Отправить личное сообщение    
Очень понравился ваш рассказ и стихи, конечно...
Хотела бы сказать, что не читала, а строчки откуда-то издалека напоминают, нет, слышала...
Что уходят, забываются, наверное, оттого жалко, что настоящие поэты вкладывают в свои стихи опыт всей своей жизни, а что может быть ценнее, это разговор по душам...


Спасибо.
     
 

23.07.2010 21:46:55    Тамара Тагеко Отправить личное сообщение    
А что? В сущности неплохая была бы задумка, если бы каждый захотел рассказать о своем любимом поэте. Думаю, что мы все узнали бы много нового: и новые имена и необычные стихи хорошо известных поэтов.
Наверняка же у каждого есть самое-самое, избранное, ЗС, хранящиеся в памяти...
       

26.07.2010 10:36:25    Андрей Шутов Отправить личное сообщение    
С творчеством Ирины Анатольевны Снеговой я познакомился давно, а когда стал писать книгу "Память" (стихотворения, посвященные поэтам), то постарался сочинить творение о замечательной поэтессе.
Её щемящие душу строки всегда будут в сердце.
     
 

02.08.2010 20:11:16    Тамара Тагеко Отправить личное сообщение    
Спасибо, Андрей.
Ирина Снегова оставила после себя не так много стихов, но тем ценнее каждая строчка в них.
Статья не рассчитана на большое количество стихотворений, да и цели такой не было. Я хотела всего лишь познакомить читателей сайта с творчеством хорошего, но незаслуженно забытого поэта. И меня приятно удивило, что столько людей откликнулось на статью, что Ирину помнят и любят.
       

26.11.2010 21:56:27    Зусман Алла Александровна Отправить личное сообщение    
Здравствуйте, дорогая Тамара, родной мне по духу человек!
Если бы Вы только знали, насколько Вы – в точку!
С юности покорена поэзией Ирины Снеговой, по сей день она остается в моем сердце самым большим потрясением.
Однажды наши непересекающиеся жизненные пути на мгновение пересеклись всего в одной крошечной точке.
В 1974 году, будучи пятнадцатилетней, попала надолго в больницу, где однопалатницей моей была очень милая женщина, архитектор – Ирина Лучкова (могу ошибаться, так как давно это было), мы разговорились о поэзии, о привязанностях и, когда я сказала, что считаю великим поэтом Ирину Снегову, она удивилась: «А что она что-то стоящее пишет? Ее муж – архитектор, мы работаем вместе в одной мастерской…»
И она попросила меня прочитать ее стихи. Мне это было нетрудно, так как массу их я знала тогда наизусть… Читала, она слушала и удивленно смотрела на меня, а потом сказала: «Я даже не подозревала, что у нее такие стихи…»
И попросила меня записать их в тетрадь, я записала, а она потом добавила, что муж Ирины в ужасе, так как Ирина больна раком.
Это было тяжелейшим ударом и для меня. Не верилось, что такая глыба может не одолеть такую беду…
Пришли на ум строчки из ее стихотворения «Все будет хорошо…»…
В 1975 году прочитала крошечный некролог в «Литературке» и больше нигде и ничего о ней – по сегодняшний день, и это страшно.
Хотя у нее есть и об этом: «У времени всегда свои любимчики, оно на редкость щедро к фаворитам…» Хорошо бы, если бы для Ирины все кончилось так, как кончается это стихотворение: «Распятых на Голгофе современности оно ласкает в нежности потомства…»
Каждое стихотворение из «Оды книге» настолько о ней, о нас, обо всех поэтах, кто живет, или жил когда-нибудь…

Тогда, когда творила Ирина, я, девчонка, писала стихи для только себя, совершенно не собираясь быть поэтом, это произошло гораздо позже. И если сегодня я – поэт, Ирина – мой внутренний учитель, голос наставника на пути творчества.
Тормошу соплеменников по поэзии, помните, мол, такого потрясающего поэта?
Седые, маститые на минуту задумываются, вспоминают, красивая женщина, мол, была она, а привести хоть строчку не могут… Не до того им…
Есть и еще причина: не скандальная она была, выпячиваться не любила и никому ничего не навязывала, никого за рукав не дергала…

… А если тихо, гула нет?..
В счастливом случае рассудят.
В чем этих случаев секрет?
Без них талант скорее странность,
Нелепость, рожа среди лиц,
Да лишь пустая безымянность
Мышам доставшихся страниц… – вот она себе и напророчила.

Цитирую не по книге, а по памяти, поэтому прошу извинить, если будут какие-то неточности…
Мне повезло прочитать ее самые последние сборники «Три дождя», «И всё, что ты любишь…»
В этом сборнике очень сильная ее фотография. Если нужно, я могу вам ее переслать по почте. Моя почта: allazusman@rambler.ru.
К этой книги небольшое предисловие было написано самой Ириной. Написано мастерски. Она рассказала и об отце – профессоре Снегове, о бабушке-старообрядке, и о поэзии своей. Привела пример тетки, которая так любила грибы, что однажды так и умерла в лесу, их собирая, и поминали ее теми же, собранными ею грибами. Вот так и со стихами. Сильнейший пример и пророческий…
Поминать будут, стихами, которым просто отдана жизнь и всё…
Что до девичьих альбомов с сердечками, так в этом, может быть, ее победа! Даже и мечтать нельзя многим самым известным пробиться к сердцу молодых, а тут, нарочно невидимая, Ирина – в дневниках у молодых.
В моё время у нас в школах писали в тетрадки, тоже с сердечками, стихи Асадова, или вклеивали красивых девушек, вырезанных из оберток мыла, а рядом – Есенинское стихотворение…
Но ведь почувствовали… Приняли в сердце, а значит есть шанс пройти с ними, с этими молодыми особами, по всей жизни. Со мною так и случилось.
У меня много стихотворений, навеянных Ириной и посвященных ей. Вот некоторые из них. Буду рада, если что-нибудь из рассказанного пригодится. Готова продолжить говорить о поэзии Ирины Снеговой более широко.

Зурна
Ирине Снеговой

Шепнула морю ласковая птица,
Привет далекий вмиг передала.
И моря чаша пенится, кренится,
Весло в воде – термометра шкала.
И гладкости воды сопротивляясь,
В себе не приземляя ни черты,
Стояли скалы, в солнце упираясь,
Отвесным воплощением мечты.
В долину полднем женщина спускалась,
И где-то пела грустная зурна,
Застывшим безысходным синим жаром
Ее была мелодия полна.
Так слишком гневный жар бывает синим,
Ничем не утешая, шлет беду…
И контур зноя голубой, как иней,
И сердце зноя синее в бреду.
Туман рассеян и иссушен солнцем,
И призраком веков – забытый храм,
И гул зурны несется и несется,
И женщина, она взывает к нам.
История нова и заурядна,
Тысячелетья стерли имена…
Она и он, любовь, и все понятно,
Когда душа тоской иссечена…
Она и он, как продолженье мира,
И красок буйство в переливах лет,
И мысль мудра, и даже справедлива
Та жизнь, где оправданий нет.
Когда-нибудь она не будет прежней,
Оценит всех и вспомнит имена…
Поет зурна бесстрашием надежды,
Ошибки мира помнит и она.



Ирине Снеговой

Забыта Снегова не мною,
И критики не голосили…
В веках потоп прославил Ноя,
А мы на ливень напросились.

Талант спокойно чует силу,
Не рекламируя идей:
Безвестную нашел могилу
Волшебник Вольфганг Амадей.

Прости меня за передышку,
И пусть все будет как всегда.
Дождемся возгласа мальчишки:
– На небе новая звезда!

1977 г.
     
 

27.11.2010 23:38:50    Тамара Тагеко Отправить личное сообщение    
Алла Александровна, добрый день!
Очень рада, что Вы откликнулись на мой маленький рассказ об Ирине. И не просто откликнулись, а сообщили очень интересные вещи.
Да, я хотела бы получить и фото и, может быть, если это возможно, какие-то стихи Ирины. В сети только самые известные ее вещи, а сборник стихов я не нашла даже в областной библиотеке.
Спасибо за неравнодушие, за отклик, за адрес. Очень надеюсь, что наше общение продолжится...
       

01.12.2010 02:46:04    Зусман Алла Александровна Отправить личное сообщение    Продолжение темы

Здравствуйте, Тамара!
Посылаю Вам вступительную статью Ирины Снеговой к сборнику "И все, что ты любишь..."
Пришлите мне что-нибудь на эл. почту, я Вам вышлю фотографию Ирины.

Из сборника «И все, что ты любишь…»

ИРИНА СНЕГОВА

ЕСЛИ СПРОСИТЕ ОТКУДА!..
(от автора вместо предисловия)

Я сажусь писать эти строки и думаю, что ведь, наверное, нелепость рассказывать о своей жизни, предваряя книгу стихов, написанных на протяжении этой же самой жизни. Потому что ровно обо всём есть в стихах. И как все, кто однажды посягнул, я тешу себя верой, что добавить нечего. Разве что вот попробовать вспомнить, когда и как появились они в моей жизни, стихи.
Как-то один мальчик просил при мне свою бабушку: расскажи что-нибудь из своей прошлой жизни – какой был Стенька Разин? Стеньку – не Стеньку, а Москву по брови в снегу помню, помню последние тонкополозные извозчичьи саночки под медвежьей полостью, огромные собрания галок на белых крышах и, смешно сказать, тишину в городе – помню…
Помню: тихий зимний вечер, тетка моя Женя, студентка с льняными косами до самой земли, влюбленная в «Песню о Соколе», декламирует, басом подчеркивая драматизм происходящего и задыхаясь от юного презрения к «рожденным ползать»: «Высоко в горы вполз уж…» «… и лег там в ущелье томном…» – подхватываю я печальным пятилетним голосом, и жалею Сокола, и почему-то не сержусь на ужа. Но та же Евгения Ивановна читает мне по растрепанной хрестоматии стихотворение с загадочным названием «Сакья-Муни». И вот уже – «что за подвиг сыпать гром и пламень над бессильной жалкою толпой!» – взываю я в отчаянье к нашему соседу в старинном пенсне и жалею бессильную толпу, и Будду, у которого отобрали его «исполинский чудный бриллиант».
Стихов вообще я знаю множество, и меня не нужно долго упрашивать их читать:

Если спросите – откуда
Эти сказки и легенды
С их лесным благоуханьем,
Влажной свежестью долины,
Голубым дымком вигвамов,
Шумом рек и водопадов,
Шумом диким и стозвучным,
Как в горах раскаты грома?..

Эти строки всегда безотказно возвращали меня из любой моей поры – к началу, как запах скипидара, или дух мандариновых корок. «Песню о Гайавате» мне читали все, читали часто, и стоит прислушаться, как я слышу ее будто и сейчас, оттуда. Но что странно: строки соседние, а в одних слышу голос мамы, а в других, в следующих, почему-то голос отца: «От озер страны полночной, из страны Оджибуэев…»
У меня и теперь цела эта книга, бунинский перевод, с выцветшей отцовской надписью: «Учись, детка, музыке человеческого слова по этой книжке».
В доме стихи любят, в юности грешили ими. И часто читают по памяти: то из сказок Пушкина, то строфу из «Онегина». Вот, скажем, бунинское: «грибы сошли, но крепко пахнет в оврагах сыростью грибной»,всегда вспоминающееся в осеннем лесу, помню, по-моему, столько, сколько помню и самый лес. Потому что Бунина любили, и стихи, и прозу. Ко всякому времени года поминали и Алексея Константиновича Толстого. И про березу, которую ранила секира, и почему-то про то, что «минула страсть, и пыл ее тревожный уже не мучит сердца моего…», особенно меня смущавшее; и про князя, как я считала «Курского», и Ваську. С некоторым как бы неудобством вспоминали недавнее повальное увлечение Надсоном. Я слыхала тогда же, что это про «страдающего брата» и что, когда про него читали на вечерах и гимназиях, все кричали от восторга и плакали от жалости.
В то же время словно кто нашептал мне на ухо самые мои первые строчки. Помню из них несколько:

Туча солнцу угрожает,
Осень к нам идет.
Дни короче, ночь длинней,
Больше в комнате огней…

Огней в комнатах было много: кроме огней были только книги. Их тоже много. А всего остального – мало. Было чисто и пусто. И если я что из вещей тех незахламленных лет в особенности и помню, то это прямую высокую лампу под зеленым стеклом. А потом – книги, карты, атласы. Большие, карманные, огромные. Самый гигантский атлас мира долго лежал, чтоб было выше, подо мной на стуле, а дальше на нем так же вот сидела моя дочка.
– Какая самая длинная река в мире, ну-ка, отгадай?
– А какое море самое соленое? А гора самая высокая? А птица самая маленькая?
Материки, океаны, города, зеленое, синее, рыжее плотно окружает мою жизнь, потому что отец мой географ. Он читает лекции студентам. Но когда к телефону просят профессора Снегова, я все равно удивляюсь: папа же географ! А профессор – в белом халате и белой шапочке… Что-что, а болею я часто. А когда болею, еще больше люблю и рассказы о дальних землях, и стихи. И мама, которой нужно столько успеть – она преподает в институте и редактирует книги, – сидит около меня и читает, читает. Отчего болезнь превращается в праздник. Самый большой в жизни…
И еще, когда болею, то особенно замечаю, что настольная лампа в соседней комнате и среди ночи еще горит, и ранним темным утром уже зажжена. Нужно же много работать. Всем! «Мы рождены, чтоб сказку сделать былью!» и мы строим новую жизнь. В старой не было справедливости!.. Справедливость, великая, малая, вечная, ежечасная, та самая, к которой взывали книги и стихи, – ради нее стоило не спать ночей, все переделывать, переносить несправедливость… глядя сейчас отсюда в те годы свои, я понимаю, посреди какой неутолимой жажды идеала росла…
Я знала – мои родители за новую жизнь боролись. Отец организовывал Красную гвардию в Ярославской губернии, был на гражданской войне, а мама – участница трех революционных подполий. Все, кто против революции, значит, и против них. В том числе и бабушка Александра Павловна. Дед, вообще, когда был, был «оплот», а бабушка «не хочет отрешиться». Потому и враги. Коса на камень. И бабушка «не переступит порога». Так они с отцом и умерли, не примиряясь – бабушка на двадцать лет пережила сына. И только тяжелые старые издания А. Маркса, М. Вольфа, Брокгауза и Эфрона (еще из ярославского дома) напоминают мне о столкновении убеждений, скрещении гордынь, виденных мной не где-то на подмостках, а рядом…
Многие моря и реки жили как бы невдалеке от моего детства, но Волга прошла сквозь него. Любовь к ней отца, волжанина, была род недуга. Я никогда потом за всю мою жизнь ни у кого такого не встречала. Видела, как он вдруг начинал мрачнеть, «тосковал по Волге», словно бы она – человек, собирался и уезжал. Первые мои годы все мы ездили летом в Тутаев, в Ярославль, в Углич. И много раз плыли на уютных белых пароходах. Сверху, до Астрахани, и снизу вверх, к Рыбинску. Двигались медленно, прочно садились на мель, долго стояли у больших городов и маленьких причалов… И то особое, что подкатывало, тянуло под ложечкой, когда смотрела я на эту великую воду, на поблескивающие колоколенки дальних берегов, было сродни стихам, было, может быть, предчувствием их и началом.
А время круто набирало скорость. В школе на торжественных вечерах звонко читали Багрицкого, Светлова. Все тревожнее звучала «Гренада»… Допоздна задерживались трудные комсомольские собрания. Линии напряжения, проходившие через страну, резко шли и сквозь мое раннее время. И где-то здесь, совсем по Чехову, выстрелили все ружья, висевшие у нас в первом действии. И когда было, казалось, вовсе не до стихов, они все ощутимее входили в жизнь. Впрочем, и об этом есть в книге… Просто теперь часто говорят, что мы все – из детства. Вот я и рассказала, откуда я, из какого детства. И еще несколько слов, без которых, наверное, тоже нельзя.
«Блажен, кто посетил сей мир в его минуты роковые», – рискованно сказал Тютчев. Не знаю, сказал бы он так, выпади ему столько «роковых», сколько нам…
Война легла на нашу юность. Обрушила на нас бомбежки, тьму, ранний нелегкий труд; война убила наших родных и наших одноклассников. Война научила нас радоваться свету, и теплу, и покою на своей земле, узнавать цену товариществу, любить настоящего мужчину, заступника – в сапогах и шинели.
Половина Литературного института имени Горького была в сапогах и шинелях. С фронта, из госпиталя, на фронт. Уезжали, возвращались, не возвращались. А в тесном герценовском особняке гудели коридоры и аудитории. На столах, на подоконниках, на лестнице читали стихи. На посторонний взгляд, читали, будто одержимые, точно все сразу. Читали по-другому, чем в моем детстве, чем я сама. Выводили нараспев или, наоборот, чеканили речитативом, обрубая в такт воздух рукой. Войти в этот гул было лестно и страшно: всякий встречный виделся гением (себе и мне).
В этом институте я увидела живых писателей. До тех пор не видела никогда. Встречала и даже знала кого-то из артистов, ученых: писателей – ни одного. Первый живой писатель, мною увиденный, был Сельвинский. Именно такой, каким его вспоминают и другие: в белом свитере, с бицепсами, с рокочущим басом, который так увлекал юных поэтов, а уж поэтесс… Помню первый семинар у Ильи Львовича: торжественно, многолюдно. Мне разрешили еще только «посидеть». Помню, было задано написать сонет на тему «Рояль». Что такое рояль, было ясно, что такое сонет – отнюдь. Разве только то, что его не презирал «суровый Дант»…
Много внимательного доброжелательства видела я потом от милого Ильи Львовича и от еще более красивого, чем на портретах, Владимира Александровича Луговского, редактора моей первой книжки, и от заботливой Веры Клавдиевны Звягинцевой.
В Литературном институте читали в те годы лекции знаменитые профессора, такие непохожие друг на друга, каждый со своей особенной манерой чтения, обхождения. Общей кажется мне теперь, издали, у них всех деликатность по отношению к нам.
«Ну-с, многоуважаемые», – слышу хрипловатый голос старого профессора Шамбинаго, подымающего воротник шубы и вдвигающего руки в рукава, как в муфту. Если это лекция, то я должна услышать после паузы: «На чем, вы полагаете, мы остановились в прошлый раз?» А если зачет, то – «О чем бы, моя милая, хотели вы мне рассказать?»
И мы останавливались на былинах и песнях, рассказывали о строфах и строчках… Институтом правили рифмы, ямбы, амфибрахии. Впервые прислушалась я там к звучащему рядом армянскому, грузинскому, аварскому слогу. Скоро эти стихи потянут меня к своим землям, которые я навсегда полюблю. Впервые в аудитории дерзнула я переводить стихи соседей по парте. Но, главное, думаю, зачем этот институт и мне и нам всем был нужен, – это чтоб узнать друг друга – тогда, в начале пути. Узнать тех, с кем потом нам рядом жить.
Преданность дружбе – наука, а может, правда, и дар, – и не дай бог, чтоб он иссяк! – врученный мне ранним детством, родительским домом. Вот юность свою и его благодарю за друзей, которые не дают пропасть ни в черный, ни в белый день. Еще за них благодарю те стихи, что заунывно читали мы на подоконниках. Поэзию, которая объединила нас.
Сказано, что поэзия – это то, что остается, когда забыты слова; еще, что поэзия это вершина искусств, и даже что она пресволочнейшая штуковина… Как-то женщина, приходившая помогать мне по дому и гулять с моей дочкой, сказала к разговору: «Вот мы три сестры, и все – разные, а младшая у нас изо всех красавица, изо всех странная была. Очень лес любила. Как взойдем, оглянется: «Ой, Господи, красота-то какая! Сейчас «караул» кричать стану». Так в лесу и померла, школьники нашли. И поминали ее теми же, ее же грибами».
Думаю, скорее всего поэзия и есть та странность, которая призвана за всех выразить это переполняющее нас «Караул!». А чем помянут, в конце концов, не главное. Главное, что и лес, и мир, и «Ой, Господи, красота-то какая!».


Тамара, мои предложения:
1. Я вставила фотографию Ирины на свою страницу. Может быть, можно её перекопировать к Вам? Или через эл.почту?
2. Могу и далее публиковать ее стихи из сборника "И все, что ты любишь...", в него вошли и стихотворения из сборника "Три дождя". Лучше их публиковать через комментарий Вам или мне это сделать на моей странице? Как лучше?
Жду Вашего ответа.
Была на вашей странице, читала Вашу поэзию. Очень сильно и мудро. Теперь понятно, почему Вы любите Ирину Снегову. Буду рада знакомиться с Вашим творчеством.
Комментарий изменён: Зусман Алла Александровна - 01 декабря 2010 г. в 20:47:57
     
 

Главная - Кафедра - Классики и современники - "Сотворение мира Ириной Снеговой" (Тамара Тагеко)

Rambler's Top100
Copyright © 2003-2015
clubochek.ru